9 января 1934 г. Ворошилов подписал директиву № 61007, в которой были сформулированы задачи Дальневосточного фронта в случае войны с Японией. Был также указан состав сил фронта. Очевидно, это был первый документ, в котором были определены наступательные задачи фронта в случае войны. Естественно, что с 1934 по 1938 гг. оперативная обстановка как по ту, так и по эту сторону границы резко изменилась. При разработке оперативных планов в последующие годы учитывались итоги подготовки Японией плацдарма в Маньчжурии к началу 1938 г. Фиксировался рост численности и технического оснащения японской армии. Учитывалось перевооружение авиации, железнодорожное и шоссейное строительство в 1932–1937 гг., аэродромное строительство и сооружение укреплённых районов, рост пропускной способности и ускорение темпов развёртывания японской армии у границ СССР. Агентурная разведка ОКДВА отслеживала, и довольно успешно, накопление запасов вооружения и боеприпасов, а также экономическую подготовку будущего театра военных действий в Маньчжурии.
В штабных документах первой половины 30-х отмечалось отставание подготовки и оборудования нашего основного театра в связи с требованиями оперативной обстановки. При общей недостаточной подготовке дальневосточного театра особо резко отставала подготовка театра в дорожном отношении. Пропускная способность Амурской и Дальневосточной железных дорог не соответствовала требованиям армии: отсутствовали необходимые железнодорожные выходы к границе, не были оборудованы и закончены имеющиеся железнодорожные ветки, а основные железнодорожные узлы Дальнего Востока: Куйбышевка, Биробиджан, Хабаровск, Манзовка и Ворошилов не были подготовлены к усиленному приёму войск и боевой техники в случае начала широкомасштабной войны с Японией. Шоссейное строительство также не отвечало требованиям будущей войны: неудовлетворительные темпы строительства, низкое качество работ и несоответствие построенных участков оперативным нуждам армии.
Построенные в начале 30-х первые укреплённые районы к 1938 г. уже не соответствовали новым активным оперативным задачам армии, нуждались в реконструкции и усилении их полевыми войсками ОКДВА (это касалось в первую очередь укреплённых районов Приморья). Тяжёлое положение складывалось с развитием аэродромной сети на Дальнем Востоке и в первую очередь с развёртыванием оперативных аэродромов. Этих аэродромов требовалось очень много и для обеспечения постоянной боевой готовности авиации, и для перехода её на рассредоточенное положение в случае угрозы войны. Очень немногие аэродромы могли работать в течение всего года и имели бетонные взлётные полосы. Развитие аэродромной сети на северном участке театра военных действий (Камчатка, Северный Сахалин) и создание глубинных аэродромов было явно недостаточным. Но здесь от командования ОКДВА и, в частности, Блюхера мало что зависело. Вопросы аэродромного строительства и создания запасов горючего для ВВС решались в Москве на самом высоком уровне.
Конечно недостатков, снижающих мобилизационные возможности ОКДВА, хватало. За шесть лет очень бурного развития армии, изжить их было практически невозможно. Это и недостаточное количество пехоты в стрелковых дивизиях ОКДВА, и недостаток мобилизационных ресурсов людского и конского состава, особенно автотранспорта. Это оттягивало сроки отмобилизования армии до конца третьего месяца войны. Большое значение для боеготовности армии имел недостаток подготовленного контингента специалистов (пулемётчики, артиллеристы, связисты, сапёры). Для того чтобы их подготовить, нужно было брать людской контингент из пехоты, которой и так не хватало при мобилизации.
