С адвокатом — это интересно. Очень — и назавтра я этого адвоката у себя в конторе и встретил. Вместе со статным мужчиной, представившемся как Александр Николаевич Волков. Мой дядя.
— Я приехал, чтобы вступить в права наследства, — практически с порога заявил "дядя". — И, откровенно говоря, желал бы исполнить все формальности как можно скорее, поскольку не хочу задерживать покупателей.
— Боюсь, что вы находитесь в заблуждении. Ордена Николай Владимирович завещал передать внуку, то есть, как я понимаю, вашему сыну. Он же, узнав о том, что я намереваюсь из квартиры деда сделать памятный музей, официально передал их мне. Бумаги должным образом оформлены. В любом случае орденские знаки Империи не подлежат продаже. Что же до денег, то их, насколько я знаю, Николай Владимирович отправлял опять же внуку — ну те, что не тратил сам.
— Меня не интересуют ордена и подобная мелочь. Не старайтесь заморочить мне голову!
— Речь идет о иной собственности, — включился в разговор адвокат. — Насколько нам известно, Вы являетесь в настоящий момент управляющим пароходства Николая Волкова, судоходного канала, а так же "Компании зимних перевозок". Речь идет именно об них, и мы желали бы немедленно получить доступ к документам указанных компаний. Несомненно, Ваша работа тоже будет должным образом вознаграждена, но отныне размер этого вознаграждения мы будем определять сами. И должны предупредить заранее, что Вам, вероятно, придется искать себе другое место — все эти компании будут в ближайшее время проданы другим владельцам.
— Ну что же, спасибо за столь своевременное предупреждение. Я обдумаю ваши предложения…
— Только сначала озаботьтесь передачей бумаг, — даже не произнес, а взвизгнул "дядя".
— Вынужден вас разочаровать…
— Если вы немедленно не передадите бумаги, то мы будем вынуждены привлечь полицию!
— Вероятно, мне придётся Вас огорчить. Николай Владимирович не был никогда владельцем указанных Вами компаний. Как раз он и вёл управление, будучи директором этих предприятий. Получая, разумеется, определённое жалование — но, как я уже говорил, эти деньги уходили внуку. Те же накопления, которые у него оставались на момент его смерти, были потрачены — в соответствии с последней волей — на памятник. Копию завещания и выписку из расчётной книги вы можете получить в канцелярии, бесплатно — я распоряжусь. А теперь — прощайте, надеюсь с вами больше никогда не встретится.
— Вы думаете, что мы поверим в эту идиотскую сказочку?
— Верить или не верить — дело ваше. А теперь — убирайтесь!
Наверное, если бы "дядя" пришел в другой день, когда у меня настроение было бы получше, или просто хотя бы выразил скорбь в связи с утратой отца, то и разговор мог бы сложиться иначе. А так… Интересно, что теперь мой кузен ко мне испытывает? Хотя — нет, не интересно. Я помню его как неплохого русского офицера, и, в общем-то, человека неплохого — пусть он для меня таким и останется. А "дядя"… Через два дня ко мне заехал Василий Евгеньевич Воскресенский — уездный судья — и рассказал, что "дядя" (уже в сопровождении супруги) попытался подать иск в суд "о присвоении наследства". Суд иск, естественно, не принял, так как уж кто-кто, а "законники" очень хорошо знали, что и кому принадлежит. И — в компании с кем. Но осадок остался неприятный…
Впрочем, долго я об этом не думал: некогда было. В Царицынском Инженерном институте началось обучение будущих инженеров страшному колдунству под наименованием "черчение" — и я — как "отец-основатель" данного заведения, посетил "чертёжный кабинет". Кабинет, конечно, внушал — и спроектировавший здание Васильев (поскольку здание относилось в "производственным") им заслуженно гордился. Еще бы: три шестиметровой высоты этажа, сплошное окно высотой в шестнадцать метров и шириной в восемьдесят. А внутри — столы, столы, столы… Именно столы: после завершения "торжественной части" я напряг заводскую техническую библиотеку и уже через час выяснил, что вершиной современной чертежно-технической мысли сейчас является рейсшина. Вот только напрягал я своих библиотекарей, за языком не очень следя, и в результате Херувимов, явно втихушечку покручивая пальцем у виска по моему поводу, занялся поиском очень специфического "специалиста".
К моему удивлению, специалист нашелся в родном Отечестве, причем — совсем рядом, в Саратове. Правда, какой-то худосочный, причём не в смысле телосложения, а в смысле образования. Впрочем, сойдет и такой, ведь ему предстояло "воплощать" полностью "моё" изобретение. Мозги же напрягать пришлось мне…
