Собственно говоря, остальные тоже советовали по-разному. Самаркандец Файзулло посоветовал было обратить воду в пар, но потом вспомнил, что пароход, он ведь тоже в воде стоит. Архангелогородец Иван Беспалов, наоборот, предложил вымораживать воду, создавая своего рода ледяной коридор, по которому и двигаться. Говорил, они на Севере иногда так рыбу ловят.
Товарищ комиссар сдержал свое слово, ибо вызвал к себе двадцатого числа.
- Держи, Гарик, владей, – с этими словами он достал из чемодана и вручил мне красную книжицу с гербом Советского Союза. – Паспорт на твое имя. С сегодняшнего дня ты – полноправный гражданин Союза Советских Социалистических Республик, с чем тебя и поздравляю.
- Спасибо, тащ комиссар, оказанное мне доверие обязуюсь оправдать.
- Уже оправдываешь. Ты своей библиотекой сколько сил и средств нам сэкономил…
Сундуки с книжками, что мы с Дорой тогда вывезли из библиотеки покойного мэтра Фламеля, уже находились на борту парохода. За ними пришлось ездить мне лично, в компании Доры, товарища Никонова и обоих чекистов. Тед и Андромеда, увидев меня раньше срока и в странной компании, поначалу не поверили, но после содержательной беседы сменили гнев на милость и разрешение дали. Так что все наследство от старого алхимика перекочевало на борт «Ленина», и ту каюту, куда мы это сгрузили, товарищ комиссар сразу же и опечатал.
Итак, с двадцатого февраля сего года меня считают гражданином СССР. Паспорт гласит, что звать меня отныне полагается Черновым Игорем Владимировичем, год рождения поставили семьдесят седьмой, национальность – русский. Штампов о прописке пока что нет, так как на территории СССР я еще в этой истории не жил. Ну все, одна из главных целей достигнута, теперь еще подтвердить аттестат, и можно будет или в институт поступать, или в техникум, или еще куда.
Заодно, как тут же сообщил товарищ комиссар, мне задним числом присвоили сержанта госбезопасности, чтобы все по закону. Ни на что, сказали, особо это не повлияет, если решу жить мирной жизнью, то напишу бумагу «в запас».
Насчет системы высшего образования здесь мне, кстати, объяснили. Так, как это у нас было в прошлый раз, когда с университетской скамьи некоторые через год усаживались в кресло начальников, такого здесь не бывает. Тем же министром путей сообщения имеет право стать только тот, кто сам «на земле» поработал, то бишь с опытом машиниста, слесаря или диспетчера. Тот же, кто прямо с института да в правлении безвылазно просидел, «на землю», то бишь на пути, не выходя, тот выше начальника отдела не поднимется и реально чем-то командовать ему не дадут никогда. Образованием в стране Советов, соответственно, может управлять только тот, кто сам же хотя бы несколько лет отработал учителем, а здравоохранением – только тот, кто в своей карьере успел побывать лечащим врачом, участковым или специальным. А что, справедливо, меньше здесь будет таких руководителей, кто именно что только руками водить и умеет.
Двадцать третьего мы все собрались на борту «Ленина», чтобы отметить День Советской Армии и Флота. Хорошо погуляли, душевно, шашлык ели, вино пили, праздничный концерт посмотрели. Там же, на пароходе, и заночевали в итоге, чтобы бороде многогрешной меньше было соблазнов кого-то стырить.
На следующий день, продирая глаза и придерживая на шее гудящие головы, собрались-таки в Большом Зале. Так. Проверяем, все ли на месте. Сьюзен – здесь, слева от меня сидит. Дора – здесь, справа от меня. Света – тоже здесь, за учительским столом, меня увидела, опять подмигнула. Вчера тоже у нас была.
Вроде все из тех, кто тут еще остался. Сестрички-то Гринграсс обе на ридной Миланщине, до них теперь недобрый дедушка Дамблдор не дотянется. Сириус после Нового года сам куда-то сорвался, едва дождавшись возвращения из отпуска законной супруги и ее племянницы. Так что все точно на месте. Кого же выбрала борода многогрешная в качестве пленника?
За соседним столом, тем, где равенкловцы, неистовствовала Флёр.
- Габ’иэль! Вы не видели Габ’иэль?
- Дора, а кого она там так громко ищет? – спросил я.
- А, это к ней пару дней назад ее мелкая приехала погостить.
- Ясно, понятно. Чувствуется влияние бороды многогрешной, чтоб его…
- Ты о чем?
- Да о той задаче, что сегодня мне решать придется. Помнишь, я ж тебе говорил.
- Помню. Так ты хочешь сказать…
- Вот именно. Звони своему непосредственному начальству, что здесь похищение человека во всей красе.
Тем временем завтрак закончился, и мы все отправились на заплыв. По пути еще успел заскочить на борт, доложился товарищу комиссару. Вся наша честная компания собралась на палубе, откуда, с борта, было лучше видно, чем со старого причала.
