Вся засада заключалась в том, что в прошлой жизни я никогда не увлекался дайвингом, даже нырять лишний раз и то не любил. Так в море поплескаться – еще куда ни шло, а нырять на глубину не нравилось. Здесь же, мало того что заплыв под воду, так еще и температура околонулевая, все ж не май месяц, а февраль. Прыгнешь в воду – через пятнадцать минут скрючишься, словно поросячье ухо, заиндевеешь, и никакие врачи не помогут. Читал я, что у фрицев в войну исследования проводили по этому поводу, так у них только тогда получалось отогревать летчика или моряка, если его укладывали в постель с двумя женщинами сразу. Но и то – если успевали вытащить из воды за пятнадцать минут, иначе все, не жилец. П…ц, как говорится, неизлечим.
Но делать что-то надо, вон, уже все на пирсе выстраиваются, одетые соответственно. Вейлочка Флёр в купальнике, хм, хм, посмотреть определенно есть на что, не был бы у нее так брезгливо вздернут носик. Третьего, ясное дело, нет, да и не будет больше.
Бэгман прочистил горло и сказал речь.
- Доброе утро, уважаемые слушатели! Сегодня мы с Вами присутствуем на выполнении Второй задачи Турнира Трех Волшебников!
Поднялись аплодисменты.
- К сожалению, – продолжал Бэгман. – В связи с тем, что представитель школы «Хогвартс», мистер Монтегю, не в состоянии принять участие из-за серьезной болезни, именуемой, по нашей информации, «ожабление», судейская коллегия приняла решение отстранить мистера Монтегю от участия в задаче и снять его с турнира!
Ну-ну, граждане, это только сейчас стало ясно? Слизеринец ведь стал жабой не только снаружи, но и внутри. Вся школа это поняла после того, как он за тем же завтраком, когда ожабился, почтовую сову языком схватил и проглотил тут же.
- Итак, все наши Чемпионы готовы ко Второй задаче, которая начнется по моему свистку. У них есть только час, чтобы найти то, что было у них отнято. Итак, раз, два… Три!
Свисток, и Флёр прыгнула в воду. Только я остался. Ну что ж, сымпровизируем, как всегда, по щучьему велению, по моему хотению…
Рядом плюхнулась на воду небольшая подводная лодка неизвестной конструкции, но маленьких размеров, как раз на одного или двоих. Залезаю внутрь, перед тем, как задраить люк, кинул взгляд на палубу «Ленина». Там среди прочих стоят Сьюзен, Дора и Света, машут руками.
Сел за пульт, оглядываюсь вокруг. Рубка наподобие пилотской кабины в самолете, переднее остекление, как на бомбардировщике, только стекло толстое. Штурвал, рычаги, приборы со стрелками… и пятнадцать коробок с надписью «Урожай» за креслом. Щука, щука, та еще приколистка.
Гляжу в смотровое окно, и перед тем, как погрузиться, замечаю, как Флёр выскакивает из воды, будто за ней гнался кто-то страшный. Так, один участник вне игры.
А как править-то на глубине, и не знаю! Как тот грузин из анекдота, «мащина купиль, права купиль, как ездит нэ купиль!» Что ж, придется прибегнуть к совету Ивана… Намораживаю коридор, достаточный, чтобы туда могла пролезть лодка. Лед толщиной метра так два, должен выдержать. Внутри коридора – воздух, это чтоб достать пропажу, не особо напрягаясь.
Двигаю лодку вперед. Сквозь стекло вижу, куда, собственно, меня несет. Стекло, похоже, зачарованное, ибо вижу все как своими глазами.
По гладкому ледяному коридору лодка заскользила, словно санки в бобслее. Хорошо, со всех сторон закрыта, и центр тяжести внизу, не перевернешься.
Так минут десять проскользил, пока, наконец, не выкатился в какой-то колхоз «Глубоководный олень», причем, судя по всему, на самый главный их майдан. В свете прожекторов все различалось очень четко. Большая статуя какого-то существа, напоминающего рыбу с руками вместо плавников. Сами местные обитатели, кстати, такие же, рыбы с руками, сходства с эротической картинкой из статьи «Русалки» в советской чародейской энциклопедии абсолютно никакого. Стало быть, такие красотки, как там нарисованы, только у нас на Руси и водятся.
К хвосту статуи оказались привязаны два человека. Одна из них, вижу по белокурым волосам, вейлочка, только значительно меньше Флёр, на вид ей годков так восемь, девять. А вот вторым оказался… Рон Уизли? С какого бы то перепугу? Э, там, наверху, мы так не договаривались!
Вылезаю, держа свой «калаш» наперевес, оглядываюсь по сторонам. Времени осталось двадцать минут. Что ж, если француженка не смогла вытащить свою сестру, придется за это дело браться мне, мелкая-то во всем этом деле действительно ни в чем не виновата. Почему именно ее? А кого прикажете вытаскивать – Рона, что ли? Я б еще понял, если бы какую-то из подруг моих припахали, но именно их я как раз старался уберечь.
Статуя с привязанными к ней заложниками стоит под толстым ледяным куполом. Охраны никакой, два патрульных рыбочеловека вмерзли в лед на периметре, а потому неопасны. Однако внутри камеры, у самого хвоста каменной статуи, расселся посреди большой лужи какой-то жирный субъект. Причем сидит с важной рожей, даже не думая нервничать.
- Однако, что тут делает бесхвостый сверху? Пришел взять пару уроков подводного плавания? – булькает мне он.
