На следующий день, обедая в дхабе, Лена с удивлением видит, как в заведение прибыла вся бригада. Команда в красно-черной униформе под предводительством Прити пробирается между столиками. Пораженные посетители явно задаются одним и тем же вопросом: что тут делают эти девушки, какое такое злодеяние пришли они предупредить или наказать. Заметив Лену, Прити приветствует ее жестом, а затем, в сопровождении своих подчиненных, следующих за ней гуськом, словно вереница возбужденных муравьев, направляется к хозяину. Девочка с подносом в руках смотрит на них, вытаращив глаза от удивления. Поняв, что Прити передумала и пришла бороться за ее дело, Лена замерла. Хозяин в раздражении выкрикивает несколько слов и приказывает им выйти вон, но он не на таких напал. Решив проявить терпение, Прити со свойственной ей невозмутимостью усаживается за столик, ее спутницы устраиваются вокруг нее. Вне себя от злости, хозяин отправляется за подмогой в лице жены, которая в порядке исключения выглянула на этот раз из крошечной кухни, где проходят ее дни. После оживленной перепалки взаимопонимание, похоже, достигнуто: Прити приказывает своим девушкам очистить помещение, а сама поднимается на террасу, чтобы переговорить с хозяином в присутствии Лены.
Они долго беседуют на крыше дхабы. На доводы Прити (а ей ни твердости, ни энергии не занимать) отец отвечает бесконечной тирадой, которую, по мере ее произнесения, молодая женщина старательно переводит Лене.
Девочка – не его дочь, объясняет он, ее мать – его дальняя родственница, которая несколько лет назад приехала к нему в надежде найти приют. Они родом с севера – и малышка, и ее мать, – и пустились в такое дальнее путешествие, надеясь, что здесь их ждет лучшее будущее. Отец девочки предпочел остаться дома, в деревне, где люди их положения вынуждены питаться крысиным мясом – у них нет иного выбора. Увы, у матери было слабое здоровье. Она страдала легочным заболеванием, которое врач из местного диспансера не смог вылечить, несмотря на все старания. Печальное следствие ее профессии: она с детства вынуждена была заниматься чисткой уборных. Через несколько месяцев после их приезда сюда она скончалась. В тот же день девочка перестала говорить. Они с женой приняли ее и решили вырастить, несмотря на собственное шаткое положение и серьезные финансовые трудности. Сами они оба происходят из семьи рыбаков-трактирщиков, потеряли в море двоих сыновей. Их убили шриланкийские солдаты, которые подстерегали любое суденышко, слишком близко подходившее к их земле: результат давнего конфликта, регулярно вспыхивающего в регионе. Таким, как они, – кто ушел утром в море и больше не вернулся – давно потерян счет. Дочки же хозяина дхабы и его жены давно вышли замуж, у них самих теперь семьи, они не могут помогать им. Дхаба держится худо-бедно на плаву благодаря рыбе, которую хозяин сам ловит каждое утро, рискуя жизнью. Ему приходится выходить в море в любую погоду, даже несмотря на предупреждения о надвигающемся циклоне, потому что дело обстоит так: кто не ловит рыбу, тот не ест. Однако девочка ни в чем не нуждается, утверждает он. Она сыта, у нее есть крыша над головой, и обращаются с ней хорошо. Конечно, в школу она не ходит, но никто из членов их семьи туда даже не заглядывал. А ее помощь в дхабе – на вес золота: у супругов нет средств, чтобы нанимать работника.
Лена с серьезным видом слушает монолог, который ей переводит Прити. Да, она представляла себе все иначе. Значит, девочка пережила горе, потеряла свои корни; растет как срезанный цветок вдали от всего, что знала и любила. У нее даже имя украли: чтобы избежать дискриминации, которой подвергаются неприкасаемые, хозяин дхабы вместе со своей семьей решил поменять веру, как это делают многие далиты в регионе. Спасаясь от безжалостного кастового диктата, они уничтожили собственную идентичность вплоть до имен, которые указывали на их принадлежность к касте неприкасаемых. Теперь их зовут Джеймс и Мери. А девочку они переименовали в Холи.
Холи. Красивое имя для ангела-хранителя, думает Лена. По-английски оно означает «святая». Какая волнующая ирония.
Она не знает, что больше ее трогает: молчание девочки или это невыносимое горе, которое таким странным образом перекликается с ее собственным. Девочка лишилась всего, что связывало ее с прошлым: отца, матери, родного дома, даже религии и имени. Единственным напоминанием о ее прошлой жизни остается эта кукла, с которой она не расстается и которая, как узнает позже Лена, изображает Пхулан Деви, известную в Индии как «Королева бандитов». Подарок родителей, который она возила с собой во время их с матерью путешествия и который хранит теперь как сокровище, как памятник исчезнувшей, канувшей в вечность цивилизации.
