Возлюбленная дьявола полностью

— Нас связывали не только рабочие отношения, — напоминание, слетевшее с его уст, прозвучало как бы невзначай.

Я стиснула челюсти.

Я бы не поставила точку, если бы Влад четко определился с выбранной стороной.

Я, или Алина.

Он выбрал ее.

Выбирал каждый раз, когда был в чем-то нерешителен.

Он выбрал ее вновь, увидев смонтированное видео моего поцелуя с Костей и не поверив мне, когда я говорила правду.

Теперь все равно: по-прежнему ли она рядом с ним, или Влад сменил с десяток ей подобных ненормальных женщин.

Я убеждала себя в этом до тех пор, пока, в конечном счете, не поверила.

— Значит, ты та самая подруга Эйвери… Я слышал отрывок ее разговора с Дмитрием о девушке, которую она собиралась представить ему. Работает с ней в бюро, русская, не дурнушка…

Не дурнушка? Вот спасибо на добром слове, Эйв.

— Гипотетически на твоем месте могла оказаться любая из сотен тысяч россиянок, подходящая под описанные критерии. Но… именно ты, Лика? — он точно говорил со мной? Потому что мне казалось обратное. — Сумасшествие…

Притворюсь, что понятия не имею, чего добивался Земской, озвучивая мысли вслух и делясь ими со мной.

Я направилась к особняку, но Влад перекрыл мне путь собой и взял за локоть, остановив.

— Думаю, нам есть, о чем поговорить, не так ли? Например, какого черта ты исчезла, не сказав ни слова, а?

Резко дернув подбородком в сторону Земского, наградила его своим самым негодующим взглядом.

— Серьезно? Мы обсудим то, что произошло три года назад?

Мужчина передо мной, внешне не состарившийся ни на день, излучал непоколебимый настрой добиться своего.

— Да, — процедил сквозь стиснутые зубы. — Именно так. Давай все обсудим. Я сгораю от любопытства.

Я упрямо сдвинула брови на переносице.

— Мое настроение не располагает к тому, чтобы копаться в прошлом. К тому же, лучше нам держаться друг от друга подальше, — процедила я и с силой выдернула руку из крепкого захвата мужчины. — И давай воздержимся от пересечения черты...

— Но я этого хочу, — он с вызовом приподнял бровь, приблизился к моему лицу. — Я имею право услышать от тебя проклятые объяснения! Молча уволилась, игнорировала мои звонки, съехала с квартиры… покинула страну. Я искал тебя. Повсюду. Мы должны были все прояснить еще тогда.

Я и забыла, что на девяносто процентов он состоял из раздражающей самонадеянности!

— Не знаю, что ты себе насочинял, но у тебя нет ни единого права что-либо требовать от меня, и не будет, — отчеканила я сердито. — Нужен ответ? Пожалуйста! Я сбежала. Потому что была сыта по горла вмешательством Алины в наши отношения. Все остальное интересующее тебя узнай, будь добр, из первых уст. От нее.

Едва не пыхтела от злости, отвернувшись и поспешив отдалиться от Земского.

Гостевая спальня, выделенная мне на трехдневное пребывание в поместье семьи Эдвардс, гармонично сочетала в интерьере прованс и элегантный скандинавский стиль. Светлая отделка стен, расставленные на полках симпатичные стеклянные вазочки различных форм, разноцветные горшочки с комнатными растениями, милые бежевые занавески с растительным узором. Развешенные черно-белые фотографии в рамах с изображением пейзажей гор и леса и большая кровать, расположенная впритык деревянным изголовьем к стене. Широкое трехстворчатое окно выходило на просторную вдоль периметра дома террасу с бассейном и зоной барбекю.

Черт, в спальне даже имелся камин. Правда, электрический, но с эффектом живого пламени. Правда, мне вряд ли придет в голову воспользоваться им, когда на дворе — последняя неделя августа. Конечно, летом в Бирмингеме случались промозглые деньки с непрекращающимися ливнями и непроглядно-густым туманом по утрам, что, проснувшись, возникало стойкое чувство: я либо очутилась в фильме «Мгла», либо начался второй всемирный потоп. А иногда и первое, и второе одновременно.

Бросив у ног сумку с вещами, я открыла окно, впустив в помещение лесной воздух и шлейф аппетитного запаха жареного мяса.

Навалилась локтями о подоконник, выглядывая наружу.

— Эй, Джейк! — с улыбкой окрикнула мужчину в белой рубашке, голубых шортах и красной бейсболке, надетой козырьком назад. Он пританцовывал, стоя у гриля.

Возлюбленный Эйвери тут же откликнулся, задрав голову, и растянул рот в широченной улыбке.

— Ли! — в приветственном жесте поднял руку, в которой держал лопатку для переворачивания мяса, и отсалютовал ею. — Давно приехала?

— Я…

Не услышала, как кто-то подкрался ко мне и прижался со спины. Изумленно проглотив остаток фразы, я инстинктивно подалась вперед, чтобы расстояние между мной и кем-то весьма наглым увеличилось.

Однако упертости кому-то не занимать.

В пределах этого гигантского земельного участка присутствовал лишь один человек, способный таким внезапным и, бесспорно, дерзким образом вторгнуться в чье-то личное пространство.