– У вас с собой был фонарик?
– Не с собой. В машине.
– И в двадцать двадцать пять на оживленной трассе, когда мимо вас проносились машины, вы заметили на бампере автомобиля мистера Бантлинга темную субстанцию, которую сразу приняли за кровь?
– Да. Освещения было достаточно от фонарей на дороге и зданий у нее. Я все смог рассмотреть. Субстанция оказалась темной и густой. Совсем как кровь.
– И после этого вы подошли к мистеру Бантлингу, чтобы вернуть водительское удостоверение?
– Да.
– Вы достали оружие?
– Нет.
– Вы заметили пятна крови. Вы утверждаете, что мой подзащитный нервничал. Вы подозревали: что-то не так, и тем не менее не достали оружие?
– Нет. Тогда нет. Я достал, когда нашел в багажнике мертвую девушку.
– Вы уже напоминали суду, что в багажнике оказалась мертвая девушка, и этот вопрос не оспаривается.
Чавес попробовал говорить более вежливо:
– Я снова приблизился к мистеру Бантлингу, сидевшему в своей машине, и именно тогда уловил запах марихуаны у него в салоне.
– В тот вечер автомобиль тщательно обыскали, не так ли, полицейский Чавес?
– Да.
– И в автомобиле не нашли марихуаны, так?
– Очевидно, он курил ее, мадам. Я не знаю, но он вполне мог тараканов жевать, перед тем как я вернул ему водительское удостоверение. – Чавес был раздражен. Она делала из него идиота.
Лурдес Рубио несколько мгновений внимательно смотрела на первогодка. Затем развернулась и, глядя на Си-Джей, задала следующий вопрос:
– А что вы на самом деле ожидали найти в багажнике, полицейский Чавес?
– Наркотики, оружие – я не был уверен. Однако Силач сразу же понял: там что-то не так. Он чуть не сломал багажник лапами.
– А разве вы с самого начала не предполагали найти там наркотики, полицейский Чавес?
Си-Джей почувствовала, что у нее начинают дрожать руки.
– Нет. Я остановил его из-за превышения скорости. Нарушения правил дорожного движения. Позднее появились дополнительные факторы, которые заставили меня считать, что у него в багажнике находится контрабанда. И поведение собаки это подтвердило.
– Давайте будем честны, полицейский. Разве вы с той самой секунды, когда увидели этот «ягуар» на Вашингтон-авеню, не думали, что в нем находятся наркотики?
– Возражение обвинения, – сказала Си-Джей. – Вопрос уже был задан, и на него получен ответ.
– Возражение отклоняется. Свидетель может отвечать, – постановил судья Часкел.
Чавес вспомнил, что рассказывал рыженькой в баре, но теперь было слишком поздно давать задний ход. Он загнан в угол. Вся его карьера полицейского зависела от правильного ответа.
– Нет. Я остановил его за превышение скорости.
– А что заставило вас бросить дерущихся, прыгнуть в машину и нестись за превышающим скорость автомобилем? Ваша интуиция подсказала вам, что что-то может находиться в его багажнике? Или вам кто-то подсказал, что может находиться в багажнике?
«Она знает про подсказку».
Си-Джей вскочила.
– Возражение обвинения! Вопрос был задан, и на него получен ответ.
– Возражение отклоняется. Давайте разберемся с этим, мисс Рубио.
– Он ехал с превышением скорости. В этом все дело. Ничего больше не было. – Чавес не отступит от своих слов. Если только у Рубио нет доказательств... – И так получилось, что, когда я в самом деле заглянул к нему в багажник, мадам, у вашего клиента там лежал труп.
– Чертов лгун, – внезапно громко со своего места объявил Бантлинг.
Лурдес Рубио оставила Чавеса и повернулась к своему подзащитному.
– Мистер Бантлинг, пожалуйста, не прерывайте допрос свидетеля. И я не потерплю таких выражений в суде, – сурово сказал судья Часкел. Он слышал про срыв Бантлинга во время первого слушания и не собирался допустить повторения.
Бантлинг встал, кандалы зазвенели.
– Простите, судья, но он лжет. Они все лгут. Вы просто посмотрите на него.
– Этого достаточно, мистер Бантлинг. Сядьте.
– Я хочу выступить, ваша честь. – Бантлинг посмотрел на Си-Джей, и на его лице появилась хитрая улыбка. – Этому суду нужно кое-что знать.
Си-Джей почувствовала, как зал опять начинает плыть перед глазами, и крепко сжала ручку. Она отвернулась от Бантлинга и посмотрела прямо на судью. Вот-вот все рухнет. Что она будет чувствовать, стоя перед всеми этими людьми и выслушивая обвинения в свой адрес? Она задержала дыхание, ожидая следующих слов Бантлинга.
– Все, что нужно знать суду, скажет ваш адвокат. А теперь, пожалуйста, сядьте, или я прикажу удалить вас из зала. Мисс Рубио, у вас еще что-то есть?
Лурдес Рубио наблюдала за тем, как ее клиента усаживали на место двое крепких конвоиров. Все это время Бантлинг смотрел на Си-Джей с презрением и ненавистью. Он наслаждался игрой в кошки-мышки, ему доставляло удовольствие давить на нее. На его лице было написано: «Я знаю кое-что, что ты не хочешь никому открывать». Нет, Лурдес не позволит ему играть в эту игру. Не сегодня. Не с Си-Джей.
– У меня больше нет вопросов, ваша честь, – резко сказала Лурдес и опустилась на стул.
