– Хорошо. Тогда давайте разберемся с этим делом. – Судья Часкел повернулся к адвокату защиты, который все еще пытался что-то говорить, и сказал суровым голосом: – Мистер Мадонна, я займусь вами и вашим подзащитным через несколько минут. Не нужно хандрить. Пожалуйста. Ведь сейчас только понедельник, а вы на этой неделе еще три раза стоите у меня в расписании. Хэнк, принесите мне дело Бантлинга.
Судья Леопольд Часкел был мечтой прокуратуры, воплотившейся в реальность, для председательствования на судебном процессе. Он раньше был государственным обвинителем и ничем не напоминал трусливых судей, которых беспокоит защита. Он справедливо относился к обеим сторонам, выслушивал всех, но допускал лишь минимум стенаний и не позволял фокусов с эффектными трюками. После него дела очень редко возвращались на пересмотр.
– Так, начнем. Стороны, пожалуйста, представьтесь для протокола.
– Си-Джей Таунсенд, государственный обвинитель.
– Лурдес Рубио, адвокат защиты, – объявила Лурдес, подходя к возвышению, отведенному для защитников.
– Мы собрались здесь для рассмотрения дела по обвинению Уильяма Руперта Бантлинга. Сегодня двадцать первый день с даты его задержания. Обвинение, вы готовы сделать заявление?
– Да, ваша честь. Большое жюри приняло решение о предъявлении обвинения Уильяму Руперту Бантлингу в убийстве первой степени Анны Прадо. – Си-Джей протянула секретарю обвинительный акт.
– Очень хорошо, – сказал судья Часкел и взял документ из рук секретаря. – Мистер Бантлинг, вы обвиняетесь в убийстве первой степени. Как вы ответите на это обвинение?
– Не виновен, – объявила Лурдес. Бантлинг молчал, сидя на своем месте. – Мы отказываемся от права официального зачитывания обвинения, заявляем о невиновности и требуем суда присяжных.
– Представление собранных доказательств должно быть произведено не позднее чем через десять дней, госпожа государственный обвинитель.
– Нет, ваша честь, – послышался голос Рубио. – Я разговаривала со своим подзащитным, и он заявил, что не желает знакомиться с доказательствами. Просит только побыстрее назначить дату начала процесса.
Судья Часкел нахмурился.
– Мисс Рубио, это процесс по обвинению в убийстве первой степени, и на кон поставлено очень многое. Что вы имеете в виду, заявляя, что ваш подзащитный не желает знакомиться с собранными доказательствами?
– Именно это, ваша честь. Я объяснила ему, что у него есть право ознакомиться с собранными доказательствами, но он от него отказался.
Теперь судья Часкел перевел вопросительный взгляд с Лурдес на Бантлинга.
– Мистер Бантлинг, вам только что предъявили обвинение в убийстве первой степени. У вас есть право ознакомиться с доказательствами, которые собрала прокуратура, право поговорить со свидетелями, которых они намерены пригласить для дачи показаний. У вас есть такое право в штате Флорида, если вы решите им воспользоваться.
– Я понимаю, – кивнул Бантлинг, ни на мгновение не отводя взгляда от судьи.
– Если вы выбираете отказ от права ознакомления с собранными доказательствами, то вы не можете в дальнейшем, если вас признают виновным, обращаться с жалобами на непредоставление вам доказательств. Вы это понимаете? Вы, таким образом, отказываетесь от права подать апелляцию.
– Я понимаю, ваша честь.
– И, учитывая это, вы все равно отказываетесь участвовать в ознакомлении с собранными доказательствами и беседе со свидетелями обвинения?
– Все правильно, ваша честь. Я разговаривал с представляющим меня адвокатом и знаю, что мне предлагается, и я не хочу заниматься изучением доказательств.
Судья покачал головой.
– Ну ладно. Тогда давайте установим дату начала процесса. Что у нас есть, Джанин?
Джанин, секретарь суда, подняла голову.
– Двенадцатое февраля две тысячи первого года. Дата подтверждения – среда, седьмое февраля.
Лурдес откашлялась.
– Ваша честь, мистер Бантлинг хочет, чтобы процесс прошел как можно быстрее. Можно ли назначить более раннюю дату?
– Вы понимаете, что это дело по обвинению в убийстве первой степени, мисс Рубио?
– Да, ваша честь. Но таково решение моего клиента.
Судья пораженно покачал головой.
– Хорошо. Мы готовы удовлетворить запрос. Джанин, назови другую дату, пораньше. В декабре, пожалуйста.
– Восемнадцатое декабря двухтысячного года. Дата подтверждения – тринадцатое декабря.
– Хорошо. Остановимся на декабре. Я надеюсь, что через два месяца вы не придете ко мне плакаться, мисс Рубио, и говорить, что не готовы. Именно ваша сторона хотела, чтобы процесс состоялся побыстрее.
– Нет. Не думаю, ваша честь.
– Отлично. Тогда встретимся в декабре. Пожалуйста, подавайте ходатайства в течение тридцати дней. И никаких неожиданностей. Я ненавижу неожиданности.
– Ваша честь, – встала Си-Джей, – у меня есть еще одно заявление для суда.
– Я подозревал, что оно у вас будет, мисс Таунсенд.
Она откашлялась и протянула секретарю лист бумаги.
– В соответствии с правилами ведения уголовных дел, установленными в штате Флорида, прокуратура подает письменное уведомление о своем намерении добиваться в этом случае смертного приговора. Смертного приговора Уильяму Руперту Бантлингу.
