– Рано или поздно ты женишься на Марселле.
– Рано. Мы хотим пожениться в следующем году.
– Год на организацию свадьбы такого масштаба вызовет у Семьи ужас, – ухмыльнулся Маттео.
– Какого масштаба?
– Марселла – моя единственная дочь. Она – Витиелло, так что у нее будет грандиозная свадьба и сотни приглашенных гостей.
– Хорошо, – кивнул я. Если честно, я никогда не думал о шикарном празднестве.
– Но сперва нужно уладить формальности: сделать официальное заявление и заняться прочими деталями, – продолжал Лука.
– Черт, ты говоришь так, словно это какой-то бизнес.
– Брак – своего рода бизнес в наших кругах. Брачный союз используется для укрепления семей и примирения.
– Пресса, вероятно, в любом случае будет рассказывать байки, как она это уже делает последние шесть месяцев.
– Возможно, – согласился Маттео.
– Вы обсуждали смену фамилии? – спросил Лука.
– Что за вопрос? По традиции жена берет фамилию мужа. – Я посмотрел на их хмурые лица. – Но ты не хочешь, чтобы Марселла брала мою, да?
– У Марселлы Уайт нет такого же кольца, как у Марселлы Витиелло, верно? – криво усмехнулся Маттео.
Они ожидали, что я заделаюсь Витиелло? Ад замерзнет быстрее, чем это случится.
– Ты говорил с Марселлой?
– Да, я подробно рассказал ей о своих опасениях, – ответил Лука.
– Будет чертовски обидно, если Марси откажется от фамилии, имеющей огромную власть, ради твоей, Мэддокс, – пробормотал Амо.
Может, они и правы, но я не стану Витиелло и не хочу, чтобы у жены была фамилия, отличная от моей.
– Мы с Марселлой все обсудим. В конце концов, именно мы заключаем брак, – твердо заявил я. Если я позволю этому случиться, то Лука будет контролировать все моменты моей жизни с Марселлой, чего не должно произойти ни в коем случае.
– Поговори, – любезно проронил Лука.
– А сейчас – самое интересное, – сказал Маттео, и его улыбка стала шире, что никогда не было хорошим признаком, потому что появлялась она только по одной причине.
Я изогнул бровь.
– Будете угрожать отрезать мне яйца и засунуть их в рот, если я причиню боль Марселле?
Амо фыркнул, и даже Лука ненадолго выдал намек на улыбку, прежде чем вновь помрачнел и кинул на меня предупреждающий взгляд.
– Это было бы началом долгих мучительных часов для тебя, Мэддокс.
Раздался стук, и дверь открылась. Кое-кто не стал дожидаться позволения Луки. Я знал только трех человек, у которых хватило бы смелости сделать это. Ария была в их числе.
Она вошла в зал, ее взгляд остановился на мне, словно Ария хотела убедиться, цел ли я.
Затем она обратилась к Луке.
– Я думала, мы собирались вместе поужинать. – В ее голосе слышались нотки негодования.
– Мы просто кое-что обсудили с Мэддоксом, – ответил Лука.
– Нам следовало убедиться, что будущий зять получит достойный прием, – добавил Маттео.
Ария вздохнула, встретившись со мной взглядом.
– Надеюсь, они не были слишком грубыми.
– Я выжил, – улыбнулся я.
Лука поднялся и направился к жене.
– Если он когда-нибудь заставит Марселлу страдать, то ты первая попросишь меня убить его, признай, Ария.
Ария доброжелательно посмотрела на меня.
– Да, но это не относится к делу. Мэддокс не собирается причинять боль Марселле, правда?
Несмотря на ее приветливое лицо, вопрос напугал меня больше, чем угрозы Луки.
– Я даже ни о чем таком не думал.
– Хорошо. – Ария сделала приглашающий жест. – Почему бы тебе не присоединиться ко мне, пока я накрываю на стол? Марселле нужна еще пара минут, чтобы привести себя в порядок.
Лука снова нахмурился, ему явно не нравилась мысль, что я останусь наедине с его женой. Я поджал губы. Я практически его зять, в какой-то момент ему стоит умерить недовольство.
– Конечно, – ответил я, почти на сто процентов уверенный, что другого приемлемого ответа на приглашение Арии нет, и абсолютно не сомневаясь, что для меня заготовлено очередное испытание, которое нужно с блеском пройти: поговорить с главной женщиной клана Витиелло.
Возможно, Ария не показывала это столь открыто, как Лука, но она не меньше, чем муж, защищала единственную дочь.
Я последовал за Арией в столовую.
На мой взгляд, стол был слишком изысканно накрыт, но я никогда не был завсегдатаем на подобных ужинах.
Ария открыла шкаф и достала серебряные столовые приборы. Затем протянула мне вилки и ложки, а ножи для стейков оставила при себе. Конечно, она воспользуется ими, если я облажаюсь с ее дочерью, даже если у нее не имелось большого опыта в обращении с оружием.
Женщины более креативны, когда дело касается обороны.
– Готова пырнуть меня, если я дам маху? – спросил я с ухмылкой.
Ария взглянула на нож, который положила рядом с тарелкой, а затем на те, что еще держала в руке, и улыбнулась.
– Я не такая и жестокая.
– Я бы удивился, используй ты ножи не в столовых целях.
– О, а я как раз использовала. Однажды ударила ножом парня из «Братвы», который напал на нас, вломившись в дом в Хэмптоне, – сказала она с такой легкостью, что я был уверен – она шутила, но выражение ее лица свидетельствовало об обратном.
Я покачал головой.
– Не могу представить, прости.
Она снова улыбнулась.
– Под внешней оболочкой есть нечто, чего ты не можешь увидеть.
