Я была взволнована девичником. Многие ожидали мимолетного романа, но не свадьбу, словно у меня имелась причина скрывать любовь к Мэддоксу и всему, что с этим связано. Некоторое время меня волновала реакция людей, я находилась в плену старых привычек и по-прежнему жаждала одобрения. Но все уже в прошлом.
Теперь мне не нужна похвала тех, кто не заботился обо мне или знал только сплетни.
Мэддокс приехал в утро девичника, облаченный в кожаную куртку и со щетиной на подбородке. Он выглядел сексуально как грех. А я до сих пор была в ночной рубашке и халатике. Но выражение лица Мэддокса дало мне понять – он высоко оценил наряд, даже если не мог показать этого в присутствии мамы и Лоры.
– Спасибо, что забрал образцы тортов, – сказала мама с искренней улыбкой.
Они отлично поладили. Мэддокс мог быть настоящим джентльменом, стоило ему только захотеть.
– Я должна встретиться с флористом, – добавила мама. – Или тебе нужна моя помощь с выбором тортов?
– Мы справимся. Попробуем все и выберем самый вкусный.
– Этот парень любит сырные палочки и ириски «Тутси Ролл», – пробурчал Амо, спускаясь по лестнице, чтобы сопроводить маму на ее встречу. – Если он и выберет начинку, то мы получим торт со вкусом попкорна и жареного бекона.
– По-моему, звучит аппетитно, – ухмыльнулся Мэддокс.
Валерио, который шел за Амо, чтобы также поехать с мамой, а потом постричься, – его волосы почти закрывали плечи, – сказал:
– Голосую за попкорн и жареный бекон.
– Никакого бекона. У нас в списке гостей несколько вегетарианцев, не забывайте.
– Тогда пусть лакомятся салфетками. В их составе полностью перерабатываемые компоненты, которые наверняка делают их съедобными, – заметил Мэддокс.
Амо усмехнулся и фактически дал ему пять.
Я взглянула на них обоих и повернулась к маме.
– Есть ли новости от веганской кондитерской насчет башни из кексов?
– Да, образец пришлют завтра.
– Хорошо. – Я прищурилась, глядя на троих парней. – Не начинайте. Я хочу, чтобы каждый приглашенный человек почувствовал себя желанным гостем. Надо предложить блюда, которые соответствуют их нравственному выбору и не вызовут аллергическую реакцию.
– У меня фетиш на бекон, а кто будет потакать моим прихотям? – спросил Мэддокс.
– Как по мне, веганы сошли с ума, – проворчал Амо. – Большинство строят из себя заносчивых всезнаек. Они пытаются давить на чувство вины любого мясоеда, с которым сталкиваются, и чертовски раздражают.
– Следи за языком, – грозно предупредила мама, словно Амо выругался при ней впервые.
– А что, был конкретный веган, пытающийся заставить тебя чувствовать вину за то, что ты ешь свинину? – спросил Мэддокс.
– Ага. Цыпочка, с которой я недолго встречался, взывала к моей совести и заявила, что я бы перестал есть мясо, если бы мне пришлось однажды убить свинью.
Мэддокс и Валерио засмеялись.
– Ты убиваешь людей. Конечно, ты бы зарезал свинью, если бы был голоден, – выпалил Валерио.
– Именно это я ей и сказал.
Я покачала головой.
– А давайте вы все дружно будете держаться подальше от гостей-веганов и вегетарианцев в принципе?
– Нам пора, – подала голос мама.
Я благодарно ей улыбнулась. Перфекционизм давал о себе знать, поэтому мне хотелось отказаться от планирования свадьбы. Мы не укладывались в сроки, учитывая, что торжество состоится через две недели. Где прежняя Марселла? Я полностью теряла контроль над ситуацией.
После того как я захватила вилки, Мэддокс отнес коробку в гостиную, и мы устроились на диване перед камином. Погода на улице стояла суровая, без единого намека на весну.
Мэддокс поставил коробку с тортами на журнальный столик и откинулся на спинку дивана. Он выглядел неотразимо, а в его глазах горело непреодолимое желание.
Мы не виделись две недели – я занималась подготовкой к свадьбе, а Мэддокс уехал на задание, – поэтому я отчаянно нуждалась в его прикосновениях. Схватив одеяло из овечьей шерсти, я плюхнулась на диван рядом с женихом. Упершись спиной в подлокотник, положила ноги Мэддоксу на колени и укрылась одеялом.
Мэддокс пристроил коробку сверху и открыл крышку. Внутри лежали маленькие образцы тортов, похожие на пирожные, но меня отвлекало тепло Мэддокса и ощущение его члена под моей пяткой.
Мэддокс схватил вилку, проткнул ею кусок шоколадного торта и поднес к моим губам.
Я попробовала и улыбнулась.
– Мм… – промурлыкала я.
Мэддокс покачал головой и просунул руку под одеяло, проведя ладонью по моей икре. Вскоре я отвлеклась на ласки и уже не обращала внимание на вкус тортов.
– Ты сделала то, о чем я тебя просил? – прорычал Мэддокс.
Я таинственно улыбнулась.
– Да.
– В таком случае это должно тебя по-настоящему возбудить, – прохрипел он, когда его рука скользнула выше, пробираясь пальцами между моих бедер. Он погладил чувствительную кожу, жадно улыбаясь.
Мэддокс попросил меня не прикасаться к себе все шесть дней, что мы не виделись.
Я потерла его член пяткой.
– А ты?
– Целомудрен как монах. – И как доказательство правдивости этих слов его член медленно встал под моей лаской. Пальцы Мэддокса пробрались выше, иногда касаясь моих трусиков.
