– Так человек, стрелявший в моего брата, найден, а вот убийца Сергея Качанова гуляет на свободе. Клавдия Степановна, которая созналась в трех убийствах и покушении на моего брата, отрицает свою причастность. Да и не смогла бы она придушить молодого мужика, и рост у нее небольшой, и сил не так уж много, ей ведь уже за шестьдесят.
– Насчет ее сил ты, парень, можешь и ошибаться, она все же человек, который на земле с детства трудился, а вот рост и правда маловат. След от удавки говорит о том, что убийца был значительно выше. И сесть Сергей не успел, наши спецы стул обследовали, и потом тело было обнаружено в стороне от стола, а значит, и от стула. Хорошо у вас уборщица работает. Она накануне вечером все стулья в участке хлоркой протерла, от микробов, говорит.
– Да, она у нас женщина старательная, – согласно кивнул Саша и про себя добавил: – Когда трезвая.
– В общем, так, ты, говорят, давно в опера рвешься, подавай рапорт, подпишу, а пока у себя там поработай. И найди мне преступника, быстрее найди!
– Слушаюсь, найду, не сомневайтесь, я за Серегу буду землю грызть, но найду.
– Ладно, иди, – махнул рукой полковник, устало потирая лоб. – Да и Лену мне позови, пусть чаю принесет.
– Ну как? – с любопытством спросила секретарша.
– Согласился, тебе велел ему чаю принести. Ты не забудь, меня на завтра вычеркни, я не приеду. – С этими словами Саша вышел из приемной и, не дожидаясь лифта, радостно побежал вниз.
Юлию выписали из больницы, пока под наблюдение районного врача и с условием, что она будет постоянно находиться на связи и не забывать принимать таблетки, которые ей прописали. За женщиной приехал Юрий Степанович, Машеньку он оставил у Ямпольских, где за ней обещала присмотреть новая подруга Федора, Александра, или, как она просила себя называть, Шурик.
– А где мама? Почему она не приехала? Она с моей дочкой, с Машенькой?
– Твоя мама арестована за убийство людей, повинных в смерти наших родных и многих других односельчан. Не переживай, Юлька, она хотела отомстить, правосудие наше что-то не спешило, и его роль она взяла на себя. – Юрий Степанович хотел сперва скрыть от племянницы арест сестры, но понял, что все равно не сможет этого сделать. Тогда он решил сказать всю правду, пока они не отъехали от больницы, чтобы, в крайнем случае, иметь возможность сразу обратиться к врачу. Юля на удивление спокойно восприняла это известие, она только задумчиво спросила:
– Отец, очевидно, не счел нужным мстить?
– Кирилл Ильич умер еще два года назад, тебе не сказали? У него сердце не выдержало, недели через три после пожара, во сне.
– Понятно, значит, других мстителей, кроме мамы, не нашлось. – Юля спокойно посмотрела на Юрия Степановича.
– Ты, девочка, многого не понимаешь, я в жизни столько чужой крови пролил, что век не отмолить. Да и не подозревал я за Клавдией такого. Только знаешь, кажется мне, что она кого-то прикрывает, может, старшего внука?
– Ты, дядя Юра, ерунды-то не говори, сын остался на сверхсрочную службу, знаешь же, что оттуда не набегаешься. Да и далеко он. А что мы стоим, может, уже поедем? Ты мне все рассказал или еще что есть?
– Все плохое я тебе рассказал, остальное ты сама знаешь. Как самочувствие? Не слишком много гадостей я на тебя вывалил? Справишься, или лучше с врачом поговорить, таблеток еще каких добавить?
– Поехали, дочь очень хочу увидеть, она, небось, отвыкла от меня, ну да ничего, привыкнет. А за мать я буду бороться, не дам ей сесть в тюрьму.
Когда они миновали город и проехали первый перекресток, женщина спросила:
– Свидание с ней дадут?
– Не знаю, но вроде должны дать, она же все рассказала.
– Хорошо, завтра поеду и попрошу свидание, ты посидишь с Машей?
– Да, конечно, – задумчиво проговорил Юрий Степанович, но было видно, что его мысли далеко и он о чем-то напряженно размышляет.
В Завидове они остановились возле дома Клавдии Степановны, Юля вышла и направилась в дом, который выглядел пустым и холодным. Дорожки были не подметены, все в доме буквально кричало об отсутствии хозяев. Юля растопила печь-камин, хотя на улице было тепло, затем разожгла плиту и поставила чайник. Они с дядей договорились, что сегодня он Машеньку не приведет, подготовит ее к появлению мамы и отсутствию бабушки, а потом, завтра с утра, они придут. Пока чайник закипал, женщина пошла обследовать дом. Тут она, естественно, никогда не была, потому ей хотелось как можно быстрее привыкнуть к новому жилью, а завтра она попросит дочку показать ей огород и сад. Сад пока был совсем небольшой, деревья еще не успели вырасти, и потому огород был весь на солнце, на всем участке не было ни капли тени.
