Проснулся Этьен от осознания того, что за ним кто-то наблюдает. Не делая резких движений Вальдени сел, отряхнулся от песка, протянул руку к одежде и, нашарив под ней униан, включил его. Тишина. Прибор молчал. Однако ощущение чужого взгляда не покидало Этьена, а своим инстинктам он привык доверять. Чутьё на опасность не раз и не два спасало его от неприятностей ещё во времена бурной юности, когда Этьен состоял в одной из уличных банд. Служба в армии развила эту способность, а два года на Дриаде только укрепили её. В общем, униан унианом, мало ли что говорит железяка, но холодок, пробегающий вдоль позвоночника порой лучше всякого анализатора.
Этьен оделся, чужой взгляд не отпускал, хотя Вальдени теперь мог сказать, что в этом взгляде не было угрозы, скорее любопытство, но какое-то отстраненное, неживое. Этьена аж передернуло:
- Да, ну, тоже мне, неживое. Что за бред? - мысленно одернул он себя.
Взяв в руки винтовку, Этьен ухмыльнулся, перевел ее в режим стрельбы картечью и двинулся в сторону леса. Азарт охватил Вальдени. Он отчего-то нисколько не сомневался, что впереди его ждет нечто интересное и таинственное.
Заросли кустарника, через которые крадучись пробирался Этьен, кончились быстро. Вальдени думал, что ему так и придется преодолевать непролазную чащу, но пройдя каких-то двадцать метров по кустам, успев правда, проклясть всё на свете, он выбрался на открытое пространство. Этьен сделал несколько шагов и остановился, руки стали липкими от пота, а по спине снова пробежал неприятный холодок. Его будто забросило в другой мир - настолько разительны были перемены. Секунду назад чирикали птицы, пищало комарьё, иногда шумел налетавший от реки ветер, поскрипывали деревья, а потом словно уши заложили ватой. Тишина. Ни звука, кроме шагов самого Этьена по жухлой листве. Несмотря на солнечный день и неплотно стоящие деревья, свет слабо проникал в этот странный лес, в котором всё было серым и невзрачным.
Одна часть Этьена говорила, что надо повернуть назад, добраться до флайера и умчаться подальше от начинающей твориться вокруг чертовщины. Другая же, напротив, гнала его в лес, взывая к любопытству и мужской гордости. Этьен размышлял недолго, так как знал, что не простит себе, если не разберется в происходящим прямо сейчас, поэтому он сжал покрепче винтовку и пошёл вперёд.
Вальдени осторожно крался между деревьями. Сначала поминутно сверялся с унианом, но потом плюнул и перестал обращать на прибор внимание. С анализатором явно творилось неладное. Ну не может в округе не быть ни одного живого существа, между тем экран раз за разом выдавал именно такой результат. Не получалось у электронного болвана и карту местности настроить. Значки на экране прыгали, разбегались, соединялись, образуя несусветную мешанину. Появлялись и исчезали какие-то полоски, искажавшие изображение, - одним словом, чертовщина. Из-за проблем с унианом Этьен не сразу заметил, что идет по широкой тропе.
- Вот как, - вслух проговорил он и не узнал свой голос, хриплый и напряженный, прозвучавший неестественно громко в окружающем безмолвии.
Огляделся. Действительно, перед ним была тропа, скрытая под листвой, но чётко обозначенная растущими по ее краям деревьями. Откуда она здесь? Почему не заросла? Куда она ведёт? - вопросы рождались один за другим. Ответов ждать не приходилось, поэтому Этьен просто пошел дальше.
Внезапно краем глаза он уловил движение справа от себя, резко повернулся, вскидывая оружие. Никого. На секунду почудился звук, похожий на невнятное бормотание, затем снова тишина. Уверенный, что униан опять покажет ерунду, Этьен постоял, всматриваясь в то место, где его зрение уловило чье-то присутствие. Никого. Вальдени шёпотом выругался и сплюнул. Решив не сходить с тропы, он продолжил путь.
Прошло часа два. Этьен продвигался вперёд по тропе, стараясь заметить малейшую угрозу. Постоянно прислушивался. Пару раз показалось, будто неподалеку кто-то опять бормочет, когда же он останавливался, бормотание прекращалось. С каждым шагом нарастало напряжение. Этьен не сомневался - цель близко.
Холм появился перед ним неожиданно, точно выпрыгнул из-под земли. Этьен, начавший видимо привыкать к чудесам этого леса, почти не удивился тому, что не увидел холм издалека. Вот именно, что почти, а удивляться было чему. "И как же, интересно, военные, просканировавшие планету от и до, не заметили подобное?" - подумал Этьен, когда увидел каменные ступени, уходящие вверх по склону и оканчивающиеся на середине тёмным проходом высотой около трех метров и шириной около двух.
Ступени были гладкими, будто их вытесали и отшлифовали только вчера: ни трещин, ни сколов, ни порослей мха или сорняков. Этьен опасливо поставил ногу на первую. Ничего не произошло. Всего он насчитал тридцать ступеней, преодолев которые без каких-либо приключений оказался у входа в непонятный холм. Этьен по-прежнему чувствовал на себе чей-то взгляд, но останавливаться не собирался.
