Возрожденный любовник полностью

Буднично махнув рукой, он закрылся в авто, ударил по газам и отчалил, не удосужившись включить фары.

Уставившись на оставленные трупы, Хекс подумала, что, по крайней мере, сейчас она знает имя виновника, но на этом хорошие новости заканчивались. Эссейл был из тех парней, к кому ни на секунду не станешь поворачиваться спиной. Хамелеон без капли совести, он мог для сотен людей надевать сотни масок… и никто не узнает его настоящего лика.

Например, она ни на йоту не поверила тому, что нравится Эссейлу. Его слова должны были выбить ее из колеи. И это сработало, просто по иной причине, чем он рассчитывал.

Боже, Джон…

Беспорядок в отношениях убивал их обоих, но они оказались в тупике. Не в силах разрешить проблемы, не в силах бросить все к чертям.

Какой бардак.

Снова метнувшись к своему  байку, Хекс оседлала его, надела солнечные очки, чтобы защитить глаза, и двинулась в путь. Направляясь прочь из центра города, она пролетела мимо наряда полицейских тачек с включенными мигалками и сиренами, двигаясь быстрее, чем они на это способны.

Удачно повеселиться, ребятки, подумала Хекс.

Интересно, разработан ли уже протокол на случай серийных самоубийств.

Сама она направилась на север, к горам. Дематериализация намного эффективней, но ей нужно было прочистить голову, и нет способа лучше проветриться, чем пронестись по пригородной дороге, гоня под восемьдесят миль. Холодный ветер прижимал «авиаторы» к ее носу, косуха сидела на груди, словно вторая кожа, и Хекс выжимала газ до упора, вытянувшись на байке, сливаясь с механизмом воедино.

Приближаясь к особняку Братства, она не знала точно, почему подписалась на это. Может, просто удивилась просьбе. Может, банально хотела случайно столкнуться с Джоном. А может она… искала  что-то, что угодно, что вытащит ее из тягучей печали, в которой она жила.

Но с другой стороны, может, предстоящая встреча с матерью сделает все только хуже.

Минут пятнадцать спустя, она свернула с дороги и прорвалась сквозь мис, который по обыкновению был на положенном месте. Замедляясь, чтобы не влететь в оленя или дерево, она медленно поднялась по склону горы и остановилась перед группой ворот, очень похожих на те, что вели в тренировочный центр Братства.

Хекс не сильно задержалась у каждой из камер – ее ждали.

Миновав последнее препятствие, она двинулась по размашистому повороту, что вел во внутренний дворик, а сердце ее упало в пятки. Черт возьми, огромный каменный особняк выглядел все также. Но, да ладно, будто он когда-нибудь изменится? Северное побережье можно забросать атомными бомбами, но эта махина останется на месте.

Крепость, тараканы и Твинки. Вот, что уцелеет.

Она припарковала «Дукатти» прямо у каменных ступеней, ведущих к парадной двери, но не стала слезать с него. Оглядывая арочные проемы, огромные резные двери, мерцающих горгулий с видеокамерами в пасти… она не увидела приветственного коврика.

Входи на свой страх и риск – вот, в чем смысл.

Быстрый взгляд на часы сообщил то, что она и так знала: Джон уже сражается на улицах той части города, которую она только что покинула…

Хекс повернула голову влево.

Эмоциональная сетка ее матери мелькала в саду за домом.

Это хорошо. Она не хотела заходить внутрь. Не хотела пересекать фойе. Вспоминать, что она носила, о чем думала и мечтала, когда была счастлива в браке.

Гребаная фантазия о том, какая жизнь ее ждет.

Материализовавшись по противоположную сторону изгороди, у нее не возникло проблем с ориентацией на местности. Они с Джоном бродили здесь по весне, под покрывающимися почками ветвями фруктовых деревьев, дышали свежей землей, прижимались друг к другу в прохладу, которая ненадолго задерживалась в воздухе.

Тогда было столько возможностей. И, учитывая, куда зашли их отношения сейчас, казалось логичным, что летнее тепло исчезло, то пышное живительное цветенье совсем умерло: сейчас листва застилала землю, ветки снова оголели, все увядало.

Ну, этой ночью ее одолело сопливое настроение.

Нацелившись на эмоциональную сетку своей матери, она прошла вдоль дома, минуя французские двери в бильярдную комнату и библиотеку.

Ноу-Уан стояла у края бассейна недвижимой фигурой, освещенной голубым сиянием воды, которую еще предстоит спустить.

Вау… подумала Хекс. Что-то в этой женщине изменилось очень сильно, и в чем бы ни была перемена, она повлияла на ее эмоциональный мир. Чувства смешались в кучу, но не в плохом смысле; они, скорее, напоминали дом, который подвергся глобальному косметическому ремонту. Это было хорошее начало, положительное преображение, вероятно, за очень долгое время.

– Ну, Тор, ну и молодчина, – пробормотала Хекс на выдохе.

Будто услышав ее слова, Ноу-Уан оглянулась через плечо… и только в это мгновение Хекс осознала, что вечно поднятый капюшон сейчас был опущен, гладкая копна указывала, что белокурые волосы были собраны в косу, длина которой была спрятана под мантией.

Хекс ждала, когда страх всколыхнет эмоции женщины. Ждала. Все ждала…

Срань Господня, что-то действительно изменилось в этой женщине.

– Спасибо, что пришла, – произнесла Ноу-Уан, когда Хекс подошла ближе.