Принц понял его жест по-своему. Сашка заметил, как на его лице снова заиграли желваки, и поспешно сдвинулся в сторону, показывая, что не претендует на его невесту. Сейчас только разборок на почве ревности и поруганной чести не хватало. На словах Кирс жениться не очень хочет, но вон как взвился, когда увидел, что Сашка вышел из спальни.
– Кирс? Ну видел Гермий меня – что с того?
– Я тоже сразу не придал значения. Только когда пришёл сюда и увидел тебя. И всё это. Андра, что ты творишь? Зачем? Ты понимаешь, в чём его обвиняют?! Ты укрываешь убийцу и еретика!
Всё случилось за доли секунды, но время будто замедлилось. Кирс решительно шагнул к Андре, та попятилась, выставив перед собой руку. И Сашка увидел, как светится в темноте её ладонь. Совсем не так, как когда она соприкоснулась с подвеской. Теперь от ладони шло мягкое, нежное свечение, словно кожа сияла изнутри. И Сашка сделал первое, что пришло в голову: схватил Андру за руку и притянул к себе.
Обожгло.
Не так, как сунуть руку в огонь, а словно держишь чашку с горячим чаем. Не кипятком, но очень горячим. Больно, но терпимо.
Вроде помогло – Сашка чувствовал, как жар покидает пальцы принцессы.
Кирс уставился на них, совершенно сбитый с толку. То всматривался в лицо Андры, пытаясь найти там какие-то ответы, то глядел на их сцепленные ладони. Сашка почувствовал, как дрожит Андра, и ещё крепче сжал её пальцы – сейчас только новой истерики не хватало, теперь ему не удастся списать всё на подвеску.
Ещё мгновение – и Кирс опомнился, взорвался возмущением, позабыв о манерах:
– Убери от неё руки, плебей!
Привычно потянулся к мечу, которого с ним не было, а вспомнив, что безоружен, бросился на Сашку с голыми руками. Тот замахнулся подсвечником, готовый ударить. Их остановила Андра: скользнула между ними, упёрла ладони обоим в грудь, пытаясь оттолкнуть друг от друга.
– Хватит! Остановитесь!
Все трое замерли, тяжело дыша.
– Не смей прикасаться к моей сестре, – процедил принц, не сводя с Сашки глаз.
Тот молча глядел исподлобья, не опуская подсвечник.
Андра бросила на него взгляд, смысла которого Сашка не понял, и повернулась к принцу.
– Пожалуйста, Кирс, успокойся. Ты всё неправильно понимаешь. Всё не так!
Она говорила тихо, даже убаюкивающе. И Сашка снова удивился её спокойствию. Не могла она не заметить, что происходило с её ладонью, или не догадаться по Сашкиному поступку. Значит, смирилась? Смогла принять как есть? Или нашла другое объяснение, которое ему пока неведомо?
– А как? – Сашка впервые услышал, как дрожит голос Кирса. – Что это вообще было? Твоя ладонь…
– Что моя ладонь?
– Она… светилась?
– Ты сам понимаешь, что говоришь?
– Я видел…
– Кирс, тебе показалось. Разве такое возможно? Наверное, просто отблеск света…
– Но…
– Кирс, пожалуйста, успокойся. Нам нужна твоя помощь.
Только теперь Сашка опустил руку, в которой держал подсвечник. Что хотела сказать ему Андра, он так и не понял, но решил не вмешиваться, молча наблюдал за происходящим. Одна она скорее убедит Кирса не выдавать их. Или даже помочь. А помощь им ой как была нужна.
– «Успокойся»? Андра, ты в своём уме? Как я могу реагировать спокойно на такое? И «вам»? Что значит «вам»?
– Саше. И мне, раз я в это впуталась. Дядя не простит, если узнает, ты же понимаешь. Нам нужно вывести Сашу из замка.
– Но почему? Ты что… в… влюбилась? Или он тебя околдовал?
– О Создатель! Ни в кого я не влюбилась! И никакой он не слуга Ситеса! И не убивал никого! Нужна бы ему была наша помощь, обладай он такими силами! Подумай!
Сашка невольно закатил глаза, вознося немую мольбу всем богам, которых только знал, включая того самого Ситеса. Хоть бы Андра говорила это искренне, а не повторяла Сашкины же слова!
– Если он так опасен, как ты говоришь, что ему королевская стража? Он бы прошёл через любые кордоны, вот только трупов было бы больше. Ты же знаешь, простым гвардейцам чародея не остановить, это могут только Воины Создателя! Но где они? Где Пресветлый?
Кирс молчал. А Сашка мысленно аплодировал Андре. Напряжение последних минут начало отпускать, накатила лёгкая слабость, как всегда бывает после сильного стресса, и Сашка опустился на ближайшую скамью-сундук, поставил рядом подсвечник, подумав, что не помешало бы зажечь ещё несколько свечей – за окном совсем стемнело. Но сам сделать это не решился – не хотел лишний раз напоминать о своём присутствии.
– Вот и я не знаю, – продолжила Андра. – Зато заметила, что дядя что-то понял из наших рассказов о Сашином одеяле и о руинах в лесу. Он что-то знает обо всём этом, думаю, даже о его родителях, но не говорит. Почему?
При этих словах Сашка дёрнулся и уставился на Андру, ожидая продолжения, хотя и понимал, что большего она знать не может, что даже эти её слова, пусть и сказанные так уверенно, – всего лишь догадка. Но сердце всё равно забилось сильнее от волнения.
– Как ты можешь ему верить, Андра? – упрямился принц. – Хочешь знать, что понял отец? Он узнал место, где мы его нашли! Это разрушенный храм Ситеса! Есть ещё сомнения?
– Храм Ситеса? – едва слышно прошептала Андра.
