— Мне еще нужно кое-что сделать. Я помолюсь позже. — Выдержав должную паузу, Сомало добавил задумчиво: — Проведены не все исследования. Самое главное предстоит в Ватикане. Кардиналы и папа желают лично удостовериться в подлинности иконы.
Архиепископ уверенно подошел к иконе и начал вынимать ее из киота. Монахи растерянно переглянулись:
— Ваше Преосвященство, нам об этом ничего не известно. По распоряжению кардинала Антонио Рибейру икона должна оставаться в церкви.
— Вы ставите под сомнение слова доверенного лица Его Святейшества? — слегка нахмурившись, спросил архиепископ Сомало.
— Ваше Преосвященство, я не это имел в виду… — смиренно сказал монах. Ссориться с иерархом не входило в его планы. — Икона не может покинуть здание церкви без сопутствующих документов. Она принадлежит патриархату Лиссабона. Только церковный совет вправе решать ее судьбу, и только он может дать разрешение на ее передвижения вне церкви.
— У нас не так много времени до отъезда, не хотелось бы затягивать с формальностями. Я оставлю кардиналу Антонио Рибейру расписку, что взял Казанскую икону Божьей Матери во временное пользование. Думаю, что официальное письменное заверение доверенного лица понтифика будет достаточно убедительным документом.
— Если вы везете икону в Ватикан, — не очень уверенно пробормотал монах, — у нас нет никаких возражений, но вам все-таки следует переговорить с кардиналом Антонио Рибейру.
— Я с удовольствием переговорю с Его Высокопреосвященством, и уверен, что он мне не откажет. Где он сейчас находится?
— Вчера вечером он выехал в Лиссабон. Обещал подъехать сегодня.
— Что ж, тогда придется навестить его после того, как я встречусь с папой Иоанном Павлом II. А вам я оставлю бумагу с моей подписью, что Ватикан одолжил икону у патриархата Лиссабона для дальнейшего изучения.
Присев за стол, архиепископ взял лист бумаги и размашистым почерком написал:
Расписавшись, Мартинес Сомало протянул документ худощавому скуластому монаху.
— Возьмите… Надеюсь, кардинал не станет возражать Его Святейшеству.
— Мы тоже на это рассчитываем, — с сумрачным видом ответил монах. — Постараемся объяснить кардиналу ситуацию.
— А теперь помогите мне вынуть икону из киота…
Вернувшись в гостиницу, архиепископ Сомало собрал вещи. В брезентовый чехол спрятал икону. Прозвеневший звонок застал его в тот самый момент, когда он взялся за ручку двери. Некоторое время Сомало колебался: стоит ли отвечать на звонок? Не без труда переборов сомнения, он поднял телефонную трубку.
— Слушаю.
— Это архиепископ Сомало?
— Он самый, с кем имею честь говорить? — напряженно спросил он, понимая, что вкрадчивый голос собеседника не обещает ничего хорошего.
— Это кардинал-патриарх Антонио Рибейру, я прочитал вашу записку. Вам не кажется, что ваш отъезд в Рим с иконой Казанской Божьей Матери напоминает обыкновенную кражу?
— Не думаю. Я везу икону его Святейшеству.
— А вам известно, что она принадлежит патриархату Лиссабона? И как с ней поступать, решает только совет епископов. Я бы вам советовал вернуться, если не желаете иметь дело с полицией.
— Полиция осмелиться задержать посланника папы?
— Полиция выполняет свою работу: защищает имущество государства и ее граждан. Икона принадлежит Апостолату Фатимы и верующим, которые собирали деньги по всему миру, чтобы вернуть ее в лоно церкви. Вы можете избежать неприятностей, если незамедлительно вернете икону патриархату Лиссабона.
— Хорошо, — смирился архиепископ. — Неужели вы не желаете порадовать папу таким щедрым подарком?
— Может, я бы и пожелал его порадовать, но, кроме меня, есть еще епископы, которые могут быть против.
— А если я поговорю с понтификом, чтобы Святой Престол причислил к лику святых блаженных Жасинту и Франсишку?.. Что скажете?..
— Это было бы справедливо, — не сразу ответил кардинал-патриарх. — Но решение о передаче иконы должно быть коллегиальным. А я, со своей стороны, обещаю склонить на вашу сторону глав других епархий. Но потребуется некоторое время.
— И как долго будет вызревать решение?
— Думаю, не более двух месяцев, а далее икона поступит в распоряжение Его Святейшества.
— Тогда я остаюсь в Лиссабоне… Я не могу вернуться без иконы. И буду находиться в Лиссабоне до тех пор, пока не будет принято положительное решение.
— Как вам будет угодно. А сейчас давайте спускайтесь вниз, у дверей гостиницы ждет полицейская машина, которая поможет вам добраться до банка Лиссабона, где и должна пребывать святыня.
