Его Высочество и впрямь уверен, что если у Филгуса не получилось выпытать у меня, как я умудрился заставить Ирен согласиться на кражу реликвии у святош, а потом укрывать ее у себя, то у него получиться узнать, как именно я отношусь к принцессе? А может, ему рассказать, как я целовал его сестру, носил ее на плече, валял в сугробе? Или еще хлеще — как мы развлекались на досуге с его прабабушкой? Уверен, ему будет полезно послушать о ее бурной молодости.
— Моя сестра попала в довольно затруднительное… — Ариан замялся. — Я бы даже сказал, щекотливое, положение. По договору с Сиранией, Ирен должна была выйти замуж за принца Родрика, но наши соседи в силу сложившихся обстоятельств, — он многозначительно посмотрел на меня, — потребовали довольно значительные преференции, которые, откровенно говоря, ощутимо ударят по бюджету нашего королевства. И Его Величество не может пойти на уступки…
— Ну и причем здесь я? Предлагаете прийти к вам во дворец, заявить во всеуслышание, как я люблю вашу сестру, жить без нее не могу и готов бороться за ее благосклонность до последнего? И этим припугнуть Сиранию, которая поймет, что рыбка скоро соскочит с их крючка? Я правильно вас понимаю?
— Нет! — как-то даже чересчур поспешно воскликнул принц, видно, красочно представив сие действо. А что, я бы согласился, только ради того, чтоб посмотреть на реакцию короля и плюнуть на могилу Рафиусу. О, а еще полюбоваться на Стефана и многозначительно провести поперек шеи, намекая ему на долгую жизнь… например, на Серебряных рудниках. — Нет, конечно, признаться, я думал о такой возможности, но зная характер короля… Эта провокация бы сыграла нам в ущерб.
О, Великая, он и вправду обдумывал то, что я только что сочинил на ходу?
— Ну и тогда в чем моя роль?
— Сидеть и ничего не делать.
Я неодумевающе глянул на него. В смысле ничего не делать? А я что-то сейчас делаю? Да я последние месяцы только и делаю, что лежу на койке и плюю в потолок.
— Я имел в виду, чтобы вы, когда узнаете некие новости, — ответил на мой вопрос Ариан, — ничего не предпринимали. Это может очень негативно отразиться на репутации моей сестры, а она у нее и так… желает оставлять лучшего.
В Сердце прокралось нехорошее предчувствие. С ней что-то случилось? Неужели Стефан до нее добрался? Подштанники Настерревиля! Из-за того, что я отдал ей слезы, она в опасности?
— И… — совладать с обуявшими эмоциями удалось не сразу. Сердце забилось как сумасшедшее, а сосредоточение магической энергии с болью отозвалось в груди. — Почему я должен сидеть на месте? С Ирен… с Ее Высочеством что-то произошло?!
Ариан вздохнул, нахмурившись, его королевская осанка совсем не по-королевски исчезла — плечи поникли, — а вежливая улыбка исчезла с лица. Он явно переживал за свою сестру.
— Король Нагелий отправил ее в монастырь имени святого Евлампия Мученика.
Я сперва даже не поверил своим ушам.
— Что? Отправили в монастырь? — слышать это было так смешно и нелепо, что я впервые за несколько месяцев расхохотался. Да громогласно, до боли в груди и нехватки воздуха. Ирен же чуть ли не святая! И отправлять ее в монастырь, делать монахиней? За что? Да она в своей короткой жизни никому вреда не причинила! А проповеди Великой выучила назубок и считает чуть ли не лучшей книгой на свете!
Его Высочество переждал мой слегка безумный хохот молча, только укоризненно глянул, когда я смахнул невольные слезы.
— Но это же нелепо! Бессмыслица! Нагелий уже совсем выжил из ума?! — и, поняв, что только что высказался совсем не политкоректно при его наследнике, извиняющее положил руку на Сердце. — Великодушно прошу прощения, но король — идиот.
— Мне говорили, что Никериал Ленге совершенно не ценит королевскую семью, — протянул принц. — И я вижу, они были весьма правы.
— Но согласитесь, — после нелепой вспышки веселья, мне вдруг стало совершенно легко общаться с братом Ирен, — ваш отец поступил крайне неразумно. Отправлять принцессу в монастырь и заведомо лишать ее и себя выгодного брака? И это, как я понял, из-за того, что она гостила у меня зиму? Я же приличный человек, независимо от того, что болтают люди, я ее и пальцем не тронул!
— В тонких перипетиях политики…, - начал объяснять Ариан, но, наткнувшись на мой довольно скептический взгляд, решил объяснить по-простому. — Им все равно. Раз Ее Высочество больше трех лун жила в одном замке с мужчиной, причем с тем, кто по слухам назначил роду Келианендора вендетту, то она “испорченный товар”. Мой отец просто решил в своеобразной форме сохранить честь своей дочери, а после того как она подправит свою репутацию в монастыре, я склонен предположить, вернуть к королевскому двору. При должном умении можно извлечь положительную выгоду из данной ситуации…
— Вы его оправдываете?
Принц опустил взгляд, словно стыдясь своих предыдущих слов:
— Нет. Мне совершенно не нравится его решение.
— Но вы не можете ничего с ним поделать? — “догадался” я.
