«Все в порядке», — значилось в ней. Всего три слова, но Плоидис с трудом смог скрыть улыбку облегчения.
Записка была не от Делтона.
Это был почерк Архитогора.
— …Это просто недопустимо! — спустя еще четверть часа Дамарьен ле Брилак с наигранной тревогой бродил по комнате. Плоидис стоял возле окна и с невозмутимым спокойствием смотрел на него. — Как я должен чувствовать себя в безопасности здесь, если Вы не можете защитить даже себя от собственного народа?..
— Это было лишь мелкое недоразумение, — с тенью усмешки ответил Плоидис. — Мои гвардейцы не допустили ни единой осечки, выводя нас и весь наш двор из города. Вы можете быть уверены в безопасности каждого, кто находится в замке.
— Могу ли?.. — пробурчал Дамарьен.
Плоидис чуть поднял бровь.
— Если Вы не верите мне, быть может, нам стоит отложить переговоры? Я согласен перенести их в Вашу резиденцию, если Вам так будет спокойнее.
Дамарьен резко взглянул на Плоидиса, и тот с трудом скрыл усмешку. Разумеется, Дамарьена вполне устраивало место: все расходы по приему двух королевских дворов здесь нес Лиодас.
— Я не думаю, что нам стоит тратить время на переезды, — произнес Дамарьен. — Однако, я убежден, что, учитывая сложившиеся тяжелые обстоятельства и неспособность вполне обеспечить надлежащие условия пребывания моего двора, Вам стоит по меньшей мере подумать о некоторых уступках в наших переговорах.
Плоидис рассмеялся.
— Я завидую Вашей логике, Дамарьен.
Он отошел от окна и, приблизившись к собеседнику, взглянул ему в глаза.
— Я думаю, мы беспристрастно и официально обсудим все за столом, в присутствии наших уважаемых Советов. А сейчас прошу Вас, не откажите мне в чести оценить скромные старания моих поваров.
— С удовольствием, — фальшиво улыбнулся Дамарьен.
— Я присоединюсь к Вам через минуту, — добавил Плоидис с ответной восковой улыбкой. — Мечтаю сменить камзол. Этот немного запылился.
Дверь за Дамарьеном закрылась, и Плоидис облегченно перевел дух. Однако он не успел даже дойти до стола, чтобы позвонить пажу, как новый стук в дверь заставил его обернуться, вселяя раздражение.
— Да!..
Дверь отворилась, и в комнату заглянула Иллиандра.
— Ваше Величество?..
Лицо Плоидиса мгновенно сменило выражение, и он молча кивнул ей, приглашая внутрь. Она плотно прикрыла дверь и безмолвно приблизилась к нему. Он пристально смотрел на нее.
— Ты в порядке?..
Иллиандра кивнула и тихо спросила:
— Что это было, Плоидис?
Он чуть поднял брови.
— Делтон не сказал тебе? Всего лишь несвободный, бросивший…
— Что это было, когда ты застыл на месте вместо того, чтобы уходить оттуда?
Плоидис осекся и отвел взгляд, сжав губы.
— Это была слабость, Илли.
Иллиандра шагнула к нему и, обхватив ладонями его лицо, заставила посмотреть ей в глаза.
— Ты с ума сошел, Плоидис. Ты едва не бросился обратно — из-за меня…
Он сощурился.
— Я не знал, жив ли этот гвардеец. Я не знал, достаточно ли ты далеко от него… что если Тень дотянулась бы до тебя, что если бы никто рядом не смог понять, что происходит?..
— Что если бы это был не какой-то незадачливый безумец, бросивший камень?.. — тихо ответила Иллиандра.
Плоидис вздохнул.
— Я знаю, Илли. Можешь не объяснять мне. Я знаю.
Иллиандра отпустила его и отступила на шаг, отворачиваясь к окну.
— Ронтан был вне себя, когда понял, что именно задержало вас. И он был прав, Плоидис. Ты не можешь, ты не имеешь права поступать так.
Он вновь вздохнул.
— Илли…
Она обернулась к нему.
— Я хочу, чтобы ты знал, Плоидис, я вполне понимаю ценность твоей жизни. И в такие моменты ты не можешь забывать о ней.
Он сжал губы.
— Это не значит, что я могу предавать тебя.
— Это значит, что ты не можешь предавать королевство, позволяя себе подобные глупости, — бескомпромиссно заявила она и чуть мягче добавила: — Я была не одна, Плоидис. Ронтан был рядом. И Дариан.
Плоидис сощурился почти с ненавистью.
— Разумеется. Лишь я один должен чувствовать себя гнусным шакалом, поворачиваясь к тебе спиной и улепетывая, поджав хвост. Это ненавистно мне, Илли.
Она мягко коснулась его щеки.
— Но ты должен делать это, Плоидис. Я не вижу в этом трусости — лишь благоразумие, — она поймала его взгляд и тихо продолжила: — Убийцы опасны не для меня и не для Ронтана. Они опасны для тебя. И с твоей стороны это верх безумства, бросаться спасать меня, когда столько людей рискуют своей жизнью ради твоего спасения.
Он смотрел на нее мгновение, потом прижал к себе, проводя рукой по ее волосам.
— Я знаю, — прошептал он. — Прости, Илли.
На миг он сжал ее крепче, потом отстранил от себя и устало вздохнул.
— Я должен поторопиться. Дамарьен со всем двором ждет меня к обеду, и я держу пари, что он уже начал пускать едкие замечания насчет того, сколько времени мне требуется, чтобы застегнуть все пуговицы.
Иллиандра мягко улыбнулась ему.
— Не выходи из себя, Плоидис. Дамарьен ужасен, но будет обидно, если он сможет одолеть тебя своим занудством.
Плоидис, не выдержав, усмехнулся, и благодарно взглянул на нее.
— Я с тобой, — тепло шепнула она и, еще на мгновение задержав его взгляд, повернулась и быстро скрылась за резными дверями.
