— Сила Эсен-хатун в том, что ей удается, как ты выразилась, заставить нужных людей “прикипеть” к ней, — ухмыльнулась Фатьма Султан. — Шах Султан и наш Повелитель столь сильно привязались к ней, что готовы были даровать ей всё то, что она пожелает. Кто ещё из фавориток-рабынь жил в отдельных покоях, как госпожа, получал столь огромное жалованье и купался в таком обожании? Даже в гареме наложницы, которые практически с ней одного статуса, уважают её. А чего добьется Хюррем своими истериками, обвинениями окружающих во всевозможных грехах и надменностью?
Гюльрух Султан задумчиво промолчала, осознавая услышанное.
— Ты оказалась в Топ Капы потому, что тебе больше некуда было идти, — тем временем продолжала Фатьма Султан. — Я оказалась здесь, чтобы помочь тебе пережить утрату. Но, в этом мире нет места случайностям. Значит, зачем-то мы оказались здесь, в резиденции османской династии, и в подобное траурное время, когда гарем остался без власти, а султан без влиятельной советницы-сестры, заменявшей ему Валиде Султан. И, думаю, мы должны выступить на стороне Эсен-хатун.
— Что?.. — ошеломлённо переспросила Гюльрух, округлив свои чёрные глаза. — Султанша, но…
— Это самый рациональный ход, Гюльрух, — не желая слушать возражения, перебила её та. — Пока мы в Топ Капы, то можем повлиять на ход событий, истории. Если к власти в этом дворце встанет Хюррем Султан, то нам ничего хорошего ждать не придётся. Эсен-хатун, конечно, в силу молодости и своего статуса, управляющей гарема не станет. Но, рано или поздно, это произойдет. После смерти Шах Султан она осталась единственной женщиной в Топ Капы, что имеет влияние на Повелителя. Она, несомненно, этим воспользуется. Поэтому, когда придет её черед, мы должны быть её друзьями, а не врагами. Да и Эсен, будучи весьма мудрой женщиной, не отклонит наше сотрудничество. Ей нужна помощь представителей династии на данный момент. И мы её окажем, дабы определить своё будущее в положительном русле.
— Но, если мы не позволим Хюррем стать управляющей гарема, а Эсен не назначат, то кто ею станет?
— Ты, кажется, позабыла о первой жене султана — Селин-хатун. Мы поддержим её, так как она весьма маловлиятельна и миролюбива, одна против натиска Хюррем не выстоит. С нами будет и Эсен-хатун, так как одну её оставлять нельзя по той же причине. Когда придёт время, Селин беспрепятственно уступит власть Эсен, и тогда всё сложится так, как мы и желали. Да и в гареме, наконец, воцарится мудрая и спокойная женщина. Всем это лишь во благо, согласна?
— Хюррем, увидев, что мы выступили против неё вместе с Селин-хатун и Эсен-хатун, поймет, что она — наш враг, — растерянно проговорила Гюльрух. — А вы сказали…
— Мы будем вести себя так, будто придерживаемся нейтралитета, — степенно объяснила Фатьма Султан. — Открыто враждовать с ней не будем. Останемся в тени. Нам бы лишь задержаться в Топ Капы подольше…
— И как это сделать?
— Думаю, Эсен-хатун нам и поможет. Также моё предложение станет началом нашей взаимовыгодной дружбы. Лишь она в силах уговорить Повелителя позволить нам остаться в Топ Капы ещё на некоторое время.
Фатьма Султан и Гюльрух Султан, довольно улыбнувшись, соприкоснулись взглядами пронзительных и глубоких, словно беспросветная ночь, глаз.
Топ Капы. Покои Эсен-хатун.
Во мраке подступающего вечера Эсен-хатун, положив руки на свой растущий живот поверх траурного чёрного платья, задумчиво и меланхолично смотрела в окно, выходящее в увядающий сад.
Кончина Шах Султан стала для неё сродни тому потрясению, которое она испытала, когда её родная мать, Евперсия, скончалась на её руках. Отчего же Всевышний заставил её пережить подобное снова? Смерти, будто какое-то проклятье, настигало тех, кто был ей дорог. Если и с Повелителем что-то случится, она этого уже не сможет стерпеть…
Двери со скрипом распахнулись, и, обернувшись в их сторону, Эсен напряглась, увидев входящую Фатьму Султан.
Поднявшись, Эсен почтенно ей поклонилась, слегка недоуменно смотря на степенную госпожу.
— Султанша. Чем обязана вашему визиту?
Фатьма Султан не торопилась с ответом, осматриваясь в покоях. Спустя мгновение она одобрительно кивнула, и её чёрные волосы блеснули в желтоватом свечении зажжённых свеч.
— Хорошие покои. Повелитель очень ценит тебя, раз, несмотря на твой статус, позволил тебе в них жить.
— Я ценю его благосклонность превыше всего, — ответила Эсен, стараясь разгадать намерения госпожи, приведшие её к ней.
— И правильно делаешь… Ты — мудрая девушка, Эсен. Я поняла это сразу, как только увидела тебя.
Эсен настороженно смолчала, ожидая продолжения.
— После трагичной гибели Шах Султан в гареме ты осталась единственной женщиной, имеющей влияние на нашего Повелителя, не так ли? — издалека начала Фатьма Султан, пронзая наложницу своими чёрными глазами.
— Я никогда не стану пользоваться этим, госпожа.
— Рано или поздно придётся, иначе в гареме ты не выживешь, — ухмыльнулась та. — Всё здесь основывается на любви султана. Даже жизнь ребенка, которого ты носишь, будет зависеть от этого.
Эсен-хатун, внимая её мрачным, но мудрым словам, нахмурилась.
