Фамильяр засветился, внутри него появились мириады искр, а затем из моей руки брызнули во все стороны тонкие извивающиеся нити, будто сотканные из миллионов алых звёзд! Они быстро распространялись по хранилищу. Каждая липла к одной из ячеек, и на дверцах немедленно возникали Печати.
— Сможешь проанализировать принцип организации ячеек? — спросил я, наблюдая за процессом.
Если я узнаю, что в одной ячейке с определённой маркировкой, то пойму, какого рода информация содержится в других с такой же. Тогда не придётся осматривать все камеры. Достаточно будет найти правильную, в которой содержится то, что мне нужно, и потом вскрывать лишь дверцы с подобной маркировкой. Это в разы упростит задачу и ускорит процесс.
— Смогу, — прозвучало в моей голове. — Но у нас проблемы. Взгляни-ка наверх!
Задрав голову, я увидел здоровенную тварь, покрытую белыми костяными доспехами, на манер паука спускавшуюся вниз головой по колодцу. Из спины торчали кожистые крылья, сейчас сложенные и в колодце бесполезные.
Ого! Никак сам эмиссар пожаловал!
Видать, я подобрался совсем близко, раз он решил лично мне помешать.
Что ж, сейчас посмотрим, как ты справишься с моей паутиной!
Это будет даже забавно: эмиссар походил как раз на паука, устремившегося к пойманной мухе, но на деле он спешил в мою ловушку. Да и не было в нём торжества победителя. Галодом владело отчаяние, и он был готов погибнуть, но не дать мне вскрыть ячейки с нужной информацией.
Наблюдая за его приближением, я начал плести паутину из Нити Ариадны, пронизывая ею разделяющее нас пространство. И вот эмиссар некродов уже двигался не вниз, как секунду назад, а влево, затем — вверх, вниз, и вправо. Колодец, в котором мы находились, превратился в замкнутый на себя лабиринт из коридоров, комнат с несколькими дверями, ведущих в разные стороны лестниц. Эмиссар заметался, понимая, что не может добраться до меня! Куда бы он ни двинулся, путь уводил его прочь. Даже когда он проносился рядом со мной, это не приближало его к цели, и в следующий миг он оказывался уже совсем в другом месте.
Раздалось пронзительное злобное шипение.
Вопли тебе не помогут. Я владею этим пространством на девяносто процентов. Ты ещё можешь немного влиять на него, но не настолько, чтобы разорвать паутину и освободиться из ловушки. Можешь видеть меня, но не сумеешь дотянуться. Даже если я окажусь в метре от тебя, останусь так же далеко, как если бы находился на другом конце вселенной.
— Можешь приступать, — сказал я Чупе. — Больше он нам не помешает. По крайней мере, в ближайшее время.
— Следи за ним, — отозвался фамильяр. — Эта тварь ещё не поняла, что и как ты сделал, но она не беспомощна. Энергия менгира никуда не делась, знаешь ли.
— Ты давай не отвлекайся, — посоветовал я, отлично понимая, что Чупакабра прав: моё преимущество в том, что галод пока не сообразил, как вырваться из паутины.
Но это не значит, что он не найдёт способ, если разберётся. Просто сейчас ему мешают злость и страх, что я доберусь до его «картотеки».
В общем, я понятия не имел, сколько у нас времени, чтобы порыться в закромах памяти посланника расы одержимых смертью.
Зато было более-менее ясно, зачем некроды присылают эмиссаров. Как я и думал, это разведчики. И появляются они в мирах, которые галоды планируют захватить. Но они не умеют создавать порталы. Поэтому их разведчикам и приходится проникать сквозь барьеры через мир духов, теряя физическую оболочку, и вселяться в местных обитателей. Значит, эмиссары должны найти способ открыть путь армии некродов с другой стороны? Например, вселившись в тех, кто открывать порталы умеет.
Хм… То есть, способности псионика сохраняются после трансформации? Нет, вряд ли. Тогда портал был бы уже открыт, и сюда давно хлынули войска некрокиборгов, которые я видел во время последнего посещения подсознания эмиссара. Видимо, дела обстоят несколько сложнее. И как именно — то, что я должен выяснить. Узнать, какую цель преследуют в иных мирах посланники галодов.
— Ну, как там успехи? — спросил я Чупу.
— Терпение, только терпение, — отозвался тот. — Я почти закончил классификацию. Видишь, метки на дверцах изменили цвет? Я объединил их по содержанию в паттерны. Получается немало, но это лучше, чем заглядывать во все камеры подряд. Можешь пока начинать искать, в какой группе нужные тебе воспоминания.
Хороший совет. Незачем время терять.
Подойдя к стене, я взялся за ручку дверцы, на которой мерцала красная метка, и потянул на себя. Заперто.
— Эй, а ты взломать Печать не хочешь? — окликнул я Чупу.
— Мне некогда! — буркнул тот. — Я занят. Давай сам.
Чёрт! Вот же ленивая тварь…
Ладно, буду снимать блок своими силами. Пришлось поднапрячься, чтобы уловить структуру, использованную эмиссаром, расчленить её на составляющие, понять, как они связаны, и уничтожить. Чем-то этот процесс напоминает работу слесаря с хитроумным замком. Надо быть Гудини в своём деле, чтобы справляться с подобными блоками.
