— Эдвард, она могла просто испугаться, — даже в такой ситуации Карлайл продолжает меня успокаивать.
— Да, но она ведь знает, что мы защитим ее! — с горячностью отвечаю я.
— Возможно. Но она еще слишком юна, к тому же, она может подумать, что мы не сможем помочь ей, — сосредоточенно рассуждает Карлайл.
— Я не знаю. Я ничего уже не знаю, — разочарованно выдыхаю я. — Все пошло не так. Позову Эмметта, он поможет.
— Хорошо, сын. Эсми останется дома, вдруг Бри объявится, — подводит итог отец.
И мы отправляемся на поиски.
Муж и дети ушли искать Бри. А я осталась дома ждать вестей. Хоть я и вампир, казалось, все валится из рук от волнения. Тягостное ожидание убивало. Я решила отложить все свои дела и села в гостиной перед выключенным телевизором.
Пустота, тишина. Как я от этого отвыкла. В последнее время со всеми нами происходит что-то странное. Я больше не чувствую себя матерью большой любящей семьи. Да и семья, по сути, развалилась.
Все началось с Форкса. А именно в тот момент, когда Эдвард встретил Беллу. Казалось бы, каждый из нас нашел свою пару, мы должны быть счастливы. Так почему нет? Почему Розали осталась, а потом и вовсе ушла к Вольтури, в самый жестокий и кровожадный клан? Почему? Чего не хватало рядом с нами Джасперу? А Элис? Почему они покинули нас? Разве мы не были счастливы так много лет? Как так случилось, что в одночасье весь привычный мир рухнул?
Мы пытались построить свое счастье снова, но у нас не получилось. Почему? Что мы сделали не так, если наши дети ушли к тем, кто больше всего ненавидит наш клан. И, значит ли это, что мы с Карлайлом — отвратительные родители? Мы должны были увидеть, должны были понять, но этого не произошло. И, как в наказание, мы оказались в таком бедственном положении.
Мало того, что мы можем потерять Бри, так она еще и пропала! Просто исчезла из дома. Кто знает, где она теперь? И что сделают Вольтури, когда придут завтра, но не обнаружат ее здесь? И что делать нам?
Скрипнула входная дверь…
В дом ворвался Эдвард. Он выглядел убитым. Мое сердце разрывалось от боли.
— Эдвард, сынок, — обеспокоено произнесла я, уже не надеясь услышать ничего хорошего.
— Ее нет, ее больше нет… — прошептал он и осел на пол.
— Эдвард… — я всхлипнула.
Я сделала пару шагов вперед, но остановилась: боялась сделать сыну больно даже прикосновением.
— След оборвался в лесу. Ее кулон, ее браслет, обручальное кольцо. Они валялись на земле… И клочок ткани, ее футболки. Она была сегодня в ней, когда уходила. Они убили ее, мама! — взвыл он. — Это Вольтури. Некому, кроме них, они ее сожгли… — Эдвард закричал от боли.
Я медленно подошла к нему, обняла и заплакала вместе с ним. Мой сын только что потерял свою вечную любовь. Я всегда так любила Эдварда, так желала ему счастья. Но судьба оказалась к нему жестока. Она дарила, но тут же отнимала.
Их счастье было столь коротким…
Как долго мы сидели обнявшись, я не знаю. Мы молча сотрясались в рыданиях, оплакивая утраченное счастье и хороня все наши надежды. Наша жизнь никогда не будет такой, как прежде. Чем же мы это заслужили?
***
Боль, боль, боль… Та, что была моим счастьем, моей жизнью, ее больше нет. Как жить, для чего? Почему? Я ждал целый век, чтобы найти ее, я чуть не женился на другой! И вот, когда мы, наконец, были вместе, когда мы стали счастливы, она вдруг становится жертвой тиранов, кровожадных убийц Вольтури.
Я хочу отомстить им! Зверски убить их всех: Аро, Кая, Марка, Розали, Джейн, Алека, Деметрия, Феликса… Кто там еще? Наверное, еще Белла… Не иначе, она стала такой же тварью, как и они все. Она тоже заслуживает смерти! Как они все могут жить, дышать, ходить по этой земле, если нет больше моей Бри? Зачем они нужны? Разве они делают что-то хорошее? Они приносят миру только зло.
Я хочу отомстить, да, я сделаю это однажды. Но не сейчас. Еще слишком больно, мучительно. Позже. Но мысль о мести будет греть меня до самого конца. Лишь она даст смысл моему существованию.
Однажды я отомщу за тебя, любимая.
***
Это невозможно, немыслимо! Кто мог додуматься до такого? Взять и убить ни в чем не повинную девочку?! У меня все переворачивается внутри при мысли об этом. Как поддержать сына, я даже не представляю. Он только обрел свою любовь, и тут же потерял ее.
Самое ужасное в том, что мы даже не знаем, кто сделал это! Кому могло быть понадобиться такое? Эдвард, конечно, сразу заподозрил Вольтури. Я не стал его переубеждать, не до того. Он слишком убит горем. Я поговорю с ним чуть позже.
Но я думаю, что Вольтури здесь не при чем.
