В 1976 г. появилась модификация Ми-24В. Она стала самой массовой, ее выпускали около десяти лет оба завода, и в Арсеньеве, и в Ростове-на-Дону. Говорят, что именно эта модификация вытянула, «сделала» афганскую войну. На ней наконец стали устанавливать комплекс вооружения 9К113 «Штурм-В», для которого вертолет Ми-24 изначально и предназначался. К комплексу приложили систему наведения «Радуга-Ш», что повысило эффективность вооружения Ми-24В до 92 %. Боевая нагрузка на Ми-24 доходила до 2,4 т. Главным средством комплекса «Штурм-В» при прежнем пулемете ЯкБ-12,7 мм были четыре сверхзвуковые противотанковые управляемые ракеты ПТУР 9М114 Штурм-В, располагавшиеся на законцовках крыла. И еще на четырех узлах подвески могли располагаться блоки неуправляемых ракет, контейнеры с пулеметами и пушками, различные бомбы. Увешанный вооружением Ми-24В сравнить было просто не с чем, и первое, что приходило в голову советскому человеку, это «крокодил». Зеленая тварь с острыми зубами, что стремительно выскакивает из воды и хватает свою жертву, действующая точно и неотвратимо. Таков был и Ми-24В.
Служба в Афганистане для Ми-24 началась почти сразу после ввода войск в январе 1980 г. Вначале было всего шесть машин на всю 40-ю армию. Большую часть «вертолетной» работы, в том числе и штурмовку, выполняли вначале Ми-8Т. Количество Ми-24 росло быстро, и летом того же года их было до пятидесяти единиц. Ко второй половине 1980 г. был определен состав «афганской» вертолетной эскадрильи: пять звеньев по четыре вертолета вместо четырехзвенного состава в Союзе.
Эксплуатация в боевой обстановке Ми-24В выявила слабые стороны пулемета ЯкБ-12,7 мм. В инструкции к этому скорострельному пулемету, составленной то ли в тиши кабинета, то ли где-то на комфортабельном генеральском стрельбище, было заранее прописано, что после 400 выстрелов из этого чудо-пулемета необходимо сделать передышку на 15–20 минут для того, чтобы он остыл. Иначе мог последовать взрыв капсюлей и патронов. А боекомплект у пулемета составлял 1470 патронов в специальной ленте. Лента рвалась при рывках, так как патроны были специальные, двухпульные, для повышения скорострельности. Пулемет клинило, его газовый двигатель заедало. Но эффективность пулемета была несравненной: очередь из него перерезала грузовик пополам. Великолепная точность, если пулемет стреляет. Но отказ мог случиться в любой момент.
Поэтому появление в Афганистане пушечной модификации Ми-24П было встречено с интересом и энтузиазмом. В серию Ми-24П был запущен в 1981 г. Двухствольную пушку расположили по правому борту, в сущности утопив ее в борт машины. Выбирая пушку для вертолета, долго не мучились: ГШ-30 (автоматическая скорострельная 30-мм пушка Грязева-Шипунова) уже устанавливалась на самолет Су-25. Не важно было, что она совсем не подходила под имевшуюся на Ми-24 подвижную установку УСПУ-24 – вес и отдача ГШ-30 были с ней несопоставимы.
Чтобы установить пушку на Ми-24, пришлось помучиться. Разработали новую установку, так как весила пушечка 105 кг, да и отдача выстрела была под стать ему, то есть мощной. Установку У-280 с пушкой крепили к вертолету неподвижно, поэтому кнопку управления этой пушечной «двустволкой» вывели на ручку управления летчика, так как целиться надо было всем вертолетом. Стволы пришлось удлинить, надеть на них специальные насадки. Это было необходимо для отвода газов, так называемой дульной волны за габариты машины. Начали работу над пушечным вариантом Ми-24 в 1975 г., а закончили в 1981-м. С 1981 по 1991 г.
было выпущено 620 экземпляров модификации вертолета Ми-24П.
Мощность пушки ГШ-30, бывало, зашкаливала за разумные пределы, калибр явно был избыточен. Напрашивалась еще одна модификация. Она появилась в 1989 г., уже после афганской войны. Ми-24 ВП получил 23-мм пушку ГШ-23 (Грязева-Шипунова) в подвижной установке НППУ-24, управляемой дистанционно. Но их успели сделать всего двадцать пять единиц.
Несмотря на то что Сталин не захотел строить авианосцы (авианосцы стоят денег и сил!), в советском Военно-морском флоте хотели иметь корабельную авиацию. И всячески к этому стремились. Хотели иметь корабельный разведчик, целеуказатель, вертолет связи. Так что главный конструктор Камов, изначально стремившийся к компактности своих машин, сразу попал в поле зрения флотского начальства, как потенциальный поставщик корабельных вертолетов. У его нового винтокрылого детища Ка-15 кроме всех прочих вертолетных специальностей имелась совершенно новая – противолодочная.
Мы и сами на подводные лодки возлагали большие надежды и строили их с большой выдумкой и разнообразием, а уж как старался вероятный противник! Атомную подводную лодку американцы сделали раньше нас и проявили чудеса конструкторской мысли в оснащении своих субмарин баллистическими ракетами с ядерными боеголовками, радиолокационными и гидроакустическими средствами. Так что нам приходилось им соответствовать. Ка-15 был нашим ответом врагу.
