Сдавшись, поворачиваюсь на бок и закрываю глаза. Надо постараться поспать. Конечно, меня очень волнует Империя. Я бы очень хотела знать, как там дела у моих ребят, как поживает старина Контролёр Времени, не скучает ли Вечный по идейному противнику… Думает ли обо мне Император… Но надо спать. Время отбоя. Просто закрыть глаза и уснуть.
…Резко сажусь, и только потом открываю глаза. Ну конечно. Всего-то декада потребовалась, чтобы понять. Тупая, тупая Мать Скаро!
Слова Каана — не единственное пророчество в моей жизни.
«Твоя команда соберётся под буквой “Д”, а путь укажет река», — именно такой была подсказка Контролёра Времени.
Важен порядок слов.
Сперва — команда. Потом — путь.
Эмулятор эмоций. Копия личности, не имеющая оригинала в Нерешённый день.
Библиотека.
Ривер Сонг.
====== Сцена пятнадцатая. ======
Тренировочный полигон, получивший от экипажа прозвище «спортзал», на корабле маленький и не самый удобный. На тир места хватает, остальное добавляется или убирается по мере необходимости. Я знаю, что найду Раксслира именно здесь — он коротает четыре лишних скарэла до отбоя. Марсианские сутки вроде и не сильно отличаются по времени от земных, но для живого существа даже такая, казалось бы, незначительная разница остро ощутима. Против генетически заложенных биоритмов не попрёшь, и мне остаётся лишь порадоваться, что у Скаро, Земли и Галлифрея в этом отношении почти полная гармония. К длительности года это, конечно, уже не относится, но к погоде приспособиться проще.
Сваливаю всё, что притащила, прямо на входе:
— Раксслир?
Он стягивает очки-прицел и откладывает тренировочный пистолет:
— Слушаю.
— Я знаю, где можно достать эмулятор эмоций. Но это слишком опасная вылазка. Остальных я на неё не возьму, они значимы для своих периодов времени и истории. А ты выпал из системы и, согласно темпоральному сканеру, в своём времени числишься погибшим на Сол-3, хотя мы теперь знаем, что это не так. Твоя линия жизни не закрыта парадоксом, как и моя, и нами двумя я могу рискнуть, — много слов, но у меня есть на то причины. Предпочитаю, чтобы марсианин не строил иллюзий, что я буду его беречь, как девчонок.
— Как считаешь нужным, — отзывается ледяной воин. Похоже, ему стало любопытно. Тот ещё приключенец, не хуже всех нас.
Киваю ему на барахло у входа:
— Тогда бери сумку со скафандрами. Я отнесу всё остальное.
— А мы сегодня тут неплохо побегали с Вастрой, — замечает он, сворачивая мишени.
— Меня это не интересует, — отвечаю, подбирая рюкзак. Не слепая, видела по системе слежения.
— Почему? Тебе совсем нет дела до того, чем занимается экипаж в свободное время? — чуть с поддёвкой спрашивает рептилоид.
— Напротив, я всё знаю, — отвечаю. — Корабль ставит меня в известность относительно всего, что вы предпринимаете.
— А из рассказов девчонок я понял, что далекам абсолютно безразличны все…
— Так, — перебиваю, — вношу ясность. Я — техносимбионт. Вся техника производства моего народа может быть связана со мной и по первому запросу устанавливает коннект и синхронизируется, выполняя функции дополнительного мозга. Да, наши компьютеры не умеют эмулировать эмоции за ненадобностью. Но это не значит, что я не могу быть единой с кораблём и узнавать всё, что мне нужно, в режиме «вотпрямщаз». У меня вообще иначе устроено и зрение, и слух, и осязание, и прочие чувства. Не пытайся переносить на меня свою биологию. Мы воспринимаем мир по-разному.
На самом деле, я редко пользуюсь методом, о котором только что сказала Раксслиру, только тогда, когда мне нужно было сделать какие-то очень сложные расчёты или, например, выучить марсианский. Но сейчас его осадить будет полезно.
— Всё, идём, — заканчиваю. — И потише, не разбуди экипаж.
Впрочем, для контроля не помешает подпустить им в воздуховод какое-нибудь снотворное. А то галлифрейка почти не нуждается во сне, может не вовремя обнаружить наше отсутствие и поднять остальных. Мне это помешает. Вот хоть застрелись из собственного излучателя, чувствую — экипаж воспротивится моей идее или потребует для эмулятора эмоций, созданного на базе настоящего человека, каких-то прав. Превращение «Ди» в ТАРДИС сороковой модели не входит в мои планы, а если возникнут вопросы потом, я их просто поставлю перед фактом.
Наконец, выезжаем. Рептилоид с трудом помещается в кабине, но я велела ему сесть рядом, чтобы по дороге объяснить некоторые нюансы насчёт Библиотеки.
— Зона, в которую я открыла коридор, крайне опасна. Это старое хранилище информации выходцев с Сол-3, размером с целую планету, но оно заброшено.
— Что заставило соседей бросить такую большую библиотеку? — спрашивает марсианин.
— Вашта Нерада. Очень хищная пыль с коллективным разумом, живущая в тенях и съедающая жертву за мгновения. Частицы роя настолько микроскопические, что могут пробираться даже в некоторые модели скафандров. Но компьютер Библиотеки содержит копию мёртвого человека, которая послужит нам эмулятором эмоций. Так хоть она не будет бесполезным информационным балластом.
— И… Как мы намерены пройти?
— Не отбрасывая теней.
