— Вас, низших, подводит любовь к роскоши. Все тексты на этой планете можно было бы уложить в один-единственный мощный компьютер. Но нет, надо было пустить аборигенные леса на производство бумажных носителей информации. А то, что это планета, массово заселённая Вашта Нерада, как-то не подумали. Пока они были в виде спор, связанные в древесине, всё шло экологическим чередом: дерево умерло, рой вывелся, кого-то съел, стал для кого-то пищей… Эта пыль вообще по природе своей сапрофит. Но когда леса оказались уничтожены, а деревья массово переработаны на бумагу, произошло то, что произошло — рои вывелись почти одновременно, а пищи для них не нашлось. Ни кусочка мёртвой протоплазмы. Зато живой — сколько хочешь.
— Они сожрали посетителей?
— Всех вроде бы не успели, тут есть система телепортационной эвакуации на случай аварий. Но люди проторчали в ней почти век, насколько я помню разговор Доктора и его ассистентов. Это он вытащил посетителей из аварийного телепорта и спас их от Вашта Нерада.
— Благородный поступок.
— Бессмысленный. Люди не имели никакой практической ценности.
Раксслир пытается на меня посмотреть, хотя свет от обоих скафандров здорово мешает этой задаче. Потом говорит невпопад:
— Тебе не кажется, что тени… Слишком встревожены?
— Мы — первые посетители за несколько лет после Доктора. И мы для них — еда. Не вижу ничего странного в их суете.
Ногой выбиваю запертую дверь. Наверное, замок тоже провернули Вашта Нерада, вряд ли он был изначально закрыт. Упрямые хищники, никак не отстанут. Надеются, что светяшка рано или поздно отключится. Только откуда им знать, что я в любой момент могу вызвать темпоральный коридор прямо сюда?
Входим в зал. Тени всё-таки отстают, им не по вкусу идущий из окон и потолочного купола свет. Ага, терминал обнаружен. Подойти, активировать… Пока я бужу систему, рептилоид прилипает к высокому стрельчатому окну.
— А здесь красиво. Какой огромный город… Он весь мёртв?
— Это не город, это здание библиотеки. Да, планета пуста.
— Ничего себе… здание, — он рефлекторно пытается почесать надбровную дугу, но натыкается на преграду в виде шлема, который значительно больше по площади, чем привычная ему модель. Потом просто созерцает пейзаж, замерев. Я отыскиваю и быстро изучаю нужные мне данные.
— М-м-м… Послушай, а тут есть орбитальные станции? — вдруг спрашивает Раксслир.
— Информация отсутствует. Хочешь, чтобы я уточнила?
— Уточни, пожалуй.
Настораживает. Переключаюсь на раздел общей информации о Библиотеке.
— Что ты видел?
— Движущиеся по небосводу звезды, четыре штуки. Меня смутило то, что они шли по параллельным орбитам и рядом, словно корабли.
Та-ак…
— Станция только одна, — говорю, параллельно глотая более подробную информацию, — переработанный естественный спутник, выполняющий роль файрволла и антивируса для электронной версии Библиотеки. Так что это корабли. Но вся звёздная система является частной собственностью, здесь не должно быть никаких кораблей… Скорость их перемещения по орбите?
— Откуда мне знать? — грубовато отвечает Раксслир. Варги-палки, ну я спросила, конечно — низшему такое в жизни не просчитать. Ещё бы поинтересовалась электромагнитными бортовыми маркерами… Марсианин даже не сможет ответить, простой ли это был дрейф или уже заход на посадку.
Раксслир отходит от окна и идёт ко мне.
— А ты выяснила, что хотела?
Я собираюсь ответить, но рептилоид останавливается на полдороге и опускается на колено посреди зала.
— Сколько, ты говоришь, тут никого не было?
— Семь лет, два месяца и сорок одни сутки по галакто.
— Свежие царапины по камню. Тут недавно тащили что-то тяжёлое.
Оставляю терминал и быстро подхожу к Раксслиру. И впрямь, на полированных керамогранитных плитах белеет несколько мелких борозд. Если бы скафандры светились так же ярко, как в коридоре, марсианин бы их пропустил, а я — тем более.
Есть способ узнать, насколько давно здесь кто-то прошёл. Любое механическое повреждение сопряжено с деформацией материала, а деформация — с изменением природного магнитного фона. Конечно, при мелких царапинах оно микроскопическое, но приборы далеков очень точны и очень чутки, их диапазона будет вполне достаточно для моих целей.
Снимаю данные с царапин. Оглядываюсь. Ага, вон тот стул вполне подойдёт. Подхожу, беру, отковыриваю пластиковую заглушку с ножки и шарахаю металлом по полу, чтобы нанести схожее повреждение и замерить для себя точку отсчёта. Потом сравниваю показания. М-да… Вот теперь мне совсем не по себе.
— Ты чего шумишь?
— Для более точного измерения нужны более точные приборы, но царапины были нанесены примерно два с половиной скарэла назад. На ваши единицы измерений — примерно треть кшара. Так что ты был прав — Вашта Нерада всполошились не просто так, их до нас уже раздразнили. В той стороне, куда двигались чужие, находится транспортная шахта, ведущая к центру планеты, где расположено главное компьютерное ядро.
Не нравится мне всё это. Интересно, что тащили? И вообще, кто это?
