— Ты очень бледная, — она не отстаёт, идёт рядом, словно готовясь подхватывать меня в случае падения. Поэтому приходится собраться и не мечтать опереться на стену.
— Сотрясение мозга. Пять суток щадящего режима до восстановления координации движений, обследование головного мозга и зрения. Что с Лем?
— Та… кошка её ещё оперирует. Как-то сращивает кости, прямо сразу, да так ловко, что даже зубы восстанавливает. Не знаю, как она это делает…
— Телекинетический зонд-манипулятор плюс ускоритель биологических процессов организма. И просветка для контроля процесса. Она и впрямь разбирается… — наконец-то моя каюта. Войти, закрыть дверь перед носом Вастры и рухнуть на койку, но разве меня оставят в покое? Тут же свист пневморычага, и ящерица входит внутрь.
— Может, тебе ещё что-нибудь нужно?
Мне нужны покой и тишина, хотя бы скарэл, чтобы унять боль в затылке и разобраться в произошедшем и в себе. Впрочем, можно послать гонца за клубникой… Нет, не сейчас. Тошнота намекает, что вкусное будет лишним. Так что мычу в ответ что-то невнятно-отрицательное с надеждой, что детектив уберётся и прекратит действовать мне на нервы.
Вастра ещё с рэл топчется на пороге. Потом ещё более нерешительно спрашивает:
— Почему ты оставила меня без наказания?
— Разве? — кошусь на неё сквозь пряди волос, завесившие лицо. — Я не заметила.
— Тогда… я не понимаю.
— Тебе не нужно ничего понимать. Оставь мою каюту.
Она в недоумении выходит, так и не догадавшись, что сам факт отсутствия наказания может быть наказанием. Какой вывод сделают Романа и Таша Лем? По моим расчётам, очень простой, характеризующийся ювенильным словечком «подлиза». Да, осознанно они себе такую формулировку не позволят, и даже обвинить Вастру в том, что она переметнулась на мою сторону или как-то меня задобрила, не посмеют. Но на подсознании они именно так всё и должны воспринять. Я просто пользуюсь известными далекам уязвимостями низших, такими, как чувство несправедливости, зависть и тому подобное. Да, мне не хотелось вбивать между членами экипажа клин, мне нужна была слаженность, но увы, я вынуждена стряхнуть пыль со старого принципа «разделяй и властвуй». Хотя, надо отдать должное, детектив не позволила себе заявочек в духе «я не виновата, это всё они», даже не попыталась перевести стрелки. Пожалуй, она мне всё-таки симпатична, единственная из всего экипажа.
Лежу, крепко прижимая хладпакет к месту ушиба. Лёд постепенно тает, но от одной мысли пойти и его подновить становится неприятно. Ладно, как скарэл закончится, вызову роботов-уборщиков, пусть отправят воду и пакет в переработку.
За экипажем, естественно, слежу, но они пока сидят по углам — Романа в консольной не столько тестирует систему автоперевода, сколько зябко ёжится и кусает губы, Вастра забилась в свою каюту и шерстит исторические хроники в поисках очередной возможной точки пересечения с Хищником, Хейм продолжает оперировать Ташу Лем. Что-то такое важное меня царапало всё это время, с момента возвращения в больницу и до сих пор, что-то совсем не связанное с бунтом. Но удар сковородки здорово выбил мыслительный процесс из колеи.
Что же, что же?
Хочется мучительно застонать от бессилия, но только это не поможет. А вот поорать, кстати, будет полезно. Усиливаю звукоизоляцию каюты и, уткнувшись в изголовье койки, кричу, вложив в голос всю злобу и всё раздражение, накопившиеся за сутки. Надо это из себя выкинуть, всё, от и до, или я заработаю агрессиновое отравление и как его результат — режим берсерка. Безо всякой вытяжки варги. Вот ведь умеют меня довести эти низшие твари, а? А всё почему? Потому что я опять слишком близко подпустила их к себе.
Мысли вертятся по привычному кругу безвыходной ситуации — или отношения на борту, предписанные О.И., или эффективность экипажа, и выхода я, естественно, не найду. Как грызун в колесе, бежишь, бежишь, а толку по нулям. И дооралась до того, что в горле саднит. Что ж за дерьмо, а? Кого б ещё в экипаж втянуть, чтобы повысить эффективность и как можно быстрее разыскать рыжего паразита? Этак на Тень нарвёшься раньше, чем на него…
Тень…
Сон! Мама-радиация, Тень мне снова приснилась, впервые за долгое время! Не помню никаких подробностей, но она снова пришла. Значит, телепатический сигнал, о котором поговаривали наши учёные, восстанавливается? Тень снова пытается меня найти? Тогда дело ещё хуже, чем я думала. А кроме того, я не помню ни падения, ни руки. Из сна исчезли свершившиеся факты? Зато там было что-то ещё… Я умерла. Точно, я умерла и потом почувствовала под руками что-то, похожее на траву.
Поле травы… Почему-то это кажется крайне важным. Ещё более важным, чем сам факт возвращения Тени. Я прозевала что-то важное, что-то перед самым своим носом.
Я…
Мысль резко перескакивает на совсем другую картину, но сейчас это не кажется странным. Более того, я неведомым чувством понимаю, что это взаимосвязано.
Вечер, костёр, трухлявый обломок в руках. И удивлённые глаза блондинки, подающей мне новую палку, чтобы писать на земле.
Активирую видеосвязь с консольной.
— Романадворатрелундар.
