— Я — имперский следователь с особыми полномочиями, — нахально заявляю в лицо главе Протокола. Как её там, Теневой Архитектор? — И веду расследование, связанное с нарушениями темпорального континуума нашим отцом, Давросом. Эти люди — свидетели. Согласно данным Империи, некоторых из них вы должны знать и не сомневаться в их правдивости. Как лицо, официально являющееся потомком Давроса, я имею право на запрос информации о родственнике в Протоколе Теней.
— Далекам в кои-то веки нужна чья-то помощь? — то ли с иронией, то ли с возмущением отзывается двуногая овца-альбинос.
— Не только далекам, мадам, — деликатно, но твёрдо говорит Романа, вставая рядом со мной. — Речь идёт о слишком серьёзных вещах, чтобы шутить.
— Протокол Теней, безусловно, польщён столь высоким визитом, леди-президент, — отзывается та, поджав губы, — но лучше бы вы нанесли его в иной обстановке.
Ох уж эти реверансы низших.
— Мне известны ваши законы. Я являюсь родственником и имею право на информацию по статье номер восемьдесят четыре, параграф один, — настойчиво повторяю, сверля овцу взглядом. Даже фоторецептор фокусирую на её лице, чтобы имитировать максимально пристальный взгляд. Конечно, я могла бы завалиться сюда и без скафандра, но тогда бы долго пришлось доказывать, что я далек и состою в родстве с Давросом, и, возможно, в итоге затея бы провалилась. А пока я в броне, ни у кого не возникнет никаких сомнений, потому что никто в этом мире не рискнёт прикидываться далеком — это слишком опасно для собственной жизни. Тем более в штабе Протокола Теней.
…Тьфу, только что обратила внимание — «Теней». И Теневой Архитектор против Архитектора Истории. Совпадение, или это просто моё подсознание учуяло связь и подкинуло сон аккурат перед визитом сюда?
Или это было какое-то предупреждение. Ведь я как-то чую время, Император не зря обращал на это моё внимание. Но если предупреждение, то о чём? Во что я опять влипла?
— Хорошо, — поджимает губы Архитектор, перебегая взглядом с меня на моих спутниц и обратно. — У вас действительно есть родственное право. Следуйте за мной. Надо составить запрос в архив. Что вас конкретно интересует?
Любопытно, брякнуть «всё» будет слишком большой наглостью или нет?
Оборачиваюсь на девчонок. Таша Лем пожимает плечами в ответ на мой взгляд, Романа вообще смотрит на овцу, метресса с чисто кошачьим интересом изучает джудунов, а Вастра просто поглядывает по сторонам, словно прикидывает место для засады или путь для отступления.
С половину рэла посчитав, формулирую запрос:
— Требуется информация о Давросе после Великой Войны Времени и после инцидента с похищением планет. Отделу контроля времени стало известно, что он не погиб и, возможно, опять нарушил ход событий континуума.
Судя по косому взгляду престарелой овцы, она немного удивлена. Впрочем, она и не молчит:
— Далеки же придерживаются правила непересечения собственной темпоральной линии. Откуда вам известно о Великой Войне Времени? — ну да, конечно, у меня довоенный скафандр. Но ведь я превентивно ответила на её вопрос. Вот тупое существо!..
— Повторяю, я из отдела контроля времени, — ну, дошло? Теперь положено гордо отвернуться от собеседницы, хотя она не виновата в том, что рождена… овцой.
— Позвольте, я поясню, — мягко встревает Романа. — У далеков нет системы управления парадоксами, поэтому они создали что-то вроде вневременного ведомства, члены которого координируют свои действия сквозь эпохи, — во врёт! Прямо как я. У нас такого сроду не было, координацией темпоральных линий занимались Контролёры. — Поэтому у них есть данные, так сказать, не по веку. Пусть вас это не удивляет.
— Мне всё равно, — раздражённо и очень напряжённо отзывается глава Протокола Теней, выводя нас по широкому коридору в обширный зал. Наверное, командный центр. — И я бы с удовольствием предоставила вам необходимую информацию, если бы смогла.
Что-то мне не нравится этот поворот беседы. И джудуны, которые нас сопровождали всю дорогу, какие-то чересчур встревоженные, хотя смотрят и не на нас.
— Поясни свои слова, — требую на всякий случай у кудрявого затылка, затянутого в чёрную сетку с бусинками.
— Я сожалею, но вы не первые, кто сюда прибыл, — овца стоит спиной, но сейчас я слышу, что её голос начинает отчётливо дрожать от волнения, сменившего раздражение.
Носорожьи бластеры резко направляются на нас.
— Блядь, — коротко заключает Таша.
