— Ненавижу? — фыркает папесса. — Да я её боюсь до смерти! Мадам Вастра, это в вашем времени люди не знакомы с далеками. А в моём при одном этом слове любое разумное существо чернеет лицом. Хорошо о далеках думать, когда живёшь там, где их нет. А когда ты вынужден делить с ними космос, молишься только об одном, чтобы никогда, ни-ког-да с ними не столкнуться. И единственное, на что можно рассчитывать в случае встречи — они обычно не заставляют жертву долго мучиться, убивают сразу. Это единственный плюс. Церковь девятьсот лет защищала Трензалор и не единожды получала таких люлей от перечниц с вантузом, что мне до сих пор холодно. И когда видишь далека, который старается — действительно честно старается — тебя не убить, это… это ещё страшнее. Это… просто не бывает, потому что не может быть. Гуманизм не в их правилах, а своим правилам они следуют железно. Далек, который хочет убить — это нормально и это преодолимо очень быстрыми ногами и очень хорошим умением прятаться. Далек, который хочет не убить — это что-то из области фантастики. Как ты ему должна быть нужна, чтобы он сдерживал первичный инстинкт? Чтобы он пошёл на дипломатию? Что это существо без тормозов сделает, чтобы добиться от тебя того, что ему нужно? Далекам насрать на личные границы и неприкосновенность сознания — чем ты у этого холодного вивисектора станешь через миг после отказа содействовать? Куклой с выпотрошенным сознанием? Предметом мебели? Один раз они взяли меня в плен и допрашивали. Им была нужна информация об оборонном комплексе Трензалора и о Докторе, и они меня несколько раз убили и превратили в свою марионетку, но всё-таки сумели частично выколотить ответ. Знаете, что это такое — мучительно умереть, воскреснуть, понять, что всё это не снится, и снова мучительно умереть, воскреснуть и понять? Под крики тех, за кого ты отвечаешь и кого сейчас убивают вместе с тобой? Далеки не смеялись, не издевались, не злились. Они просто делали работу. Рутину. Убить, воскресить, дать несколько минут подумать, и весь цикл по-новой. Так плетью бьют упрямую лошадь, без злости и без радости, пока она не подчинится, и мнение лошади никого не волнует — она просто должна подчиняться, потому что она лошадь. А если далек приказывает: «Убей меня, если я что-то сделаю не так», — приказывает это презираемому им низшему существу, то что должно стоять за этим далеком, какая мотивация? Страх очередной тотальной войны? Да это смешно, далеки столько тотальных войн пережили и сами развязали, что им плевать на очередную, они лишь приспособят её к собственным выгодам и постараются нагреть на ней вантузы, ну в крайнем случае просто хорошенько поразвлечься! Я не вижу мотивации для Венди вести себя так, как она ведёт, вот в чём дело! А она далек, хоть и выглядит как человек. Она далек до мозга костей, до последней волосинки, её сущность изо всех щелей лезет! В чём её мотивация?!
— Я слышала, что выполнение приказа для далека превыше всего.
— Правильно, но почему, почему Венди выбирает те методы выполнения, которые полностью противоречат прямой, как швабра, логике далеков?!
— И вы пытаетесь вызвать в ней нормальную штатную реакцию, даже неосознанно?
— Да. Видимо, просто защитный механизм психики. Далек должен быть далеком и вести себя, как далек. Иначе… уж слишком страшно.
В отличие от Вастры, я видела, что Таша Лем меня побаивается. Но не ожидала такой причины и такой вспышки откровенности, и это меня озадачивает примерно с той же силой, как давний вопрос Доктора: «Почему ты не выдала сохранённые обо мне воспоминания сородичам, а вместо этого сбежала на ТАРДИС?». До сих пор для меня всё выглядело логично — я получила приказ любой ценой и любыми методами разыскать Хищника и доставить его в эпицентр Дня Сумерек, нашла его старых друзей, которые могли бы мне помочь, и втянула их в работу. Причём сама чувствовала, что в этом есть привкус чего-то неправильного, иначе бы не пыталась оценить свои действия с позиции Вечного. Но другого варианта решения проблемы я просто не сумела найти. Для меня важнее всего скорость и эффективность, чтобы можно было с гордостью сказать сородичам «Инсли!» — «Приказ выполнен в точности, тщательно и скрупулёзно!».
Нет. Пожалуй, у меня всё-таки есть мотивация.
Вхожу в кают-компанию.
