Враги полностью

Всю дорогу я оглядывался по сторонам, пытаясь высмотреть друга, когда меня окликнул капитан:

― Дар заходил к тебе? Нет? Странно… Не нравится мне эта ерунда. Он уговаривал вчера отдать тебя в разведку и поручился головой, но я не разрешил. Сам понимаешь, вас магов только двое, вот будет пополнение ― посмотрим…

Не знаю почему, меня трясло от страха, а в голове крутилось:

― Всё это неспроста… беда, беда, ― и, видно, эти мысли так хорошо читались на бледном перепуганном лице, что нахмурившийся Командир отряда вздохнул:

― Что ж, Ворон, вот и повод доказать, что наш старик в тебе не ошибался, нахваливая и сноровку, и мозги. Беги к разведчикам и разыщите Дара. Не стой столбом, отряд уходит в полдень…

Понятно, что меня как ветром сдуло. Ребята Дара встретили «любимчика» прохладно, хотя капитан Шверг и объявил, что полностью доверяет второму магу-Избранному ― похоже, это их не убедило. Однако, сейчас нам было не до разногласий, и вскоре я узнал, что утром к Дару приходил одетый в монашескую рясу довольно странный тип. Недолго пошептавшись, они ушли куда-то в сторону болот, что сразу же насторожило ― туда и летом-то соваться было страшно, а уж весной по бездорожью…

Ехать верхом было опасно ― тонкий снежный наст резал ноги лошадям, а потому, посовещавшись, пошли пешком. Мы быстро продвигались по хорошо различимым следам, но продолжалось это недолго. Чёткие отпечатки ног обрывались всего в нескольких шагах от полосы чахлого кустарника, за которым и начинались страшные, известные на всю округу топи, в чьих чёрных омутах вода не замерзала даже в лютый мороз.

Помощник Дара, Роун, мрачный желтолицый мужчина с недобрым взглядом тёмных раскосых глаз, выдававших принадлежность к степному племени Великих Равнин, смотрел так, словно я был ему должен:

― Ну, Избранный, где наш командир?

Собравшись с мужеством, ответил, стараясь не смотреть в бездушный мрак его зрачков:

― Откуда же мне знать, Ревущий Бык? Разве не ты запретил «тратить время на никчёмный поисковый амулет»?

Он хмыкнул, выразительно погладив узловатыми пальцами рукоять кривого ножа:

― Говорил же, что от болвана никакого прока… Что только Дар в тебе нашёл, не понимаю, ну раз уж увязался с нами, отвечай ― куда все подевались?

Я сделал вид, что не заметил угрозы в его голосе:

― Нам надо осмотреться ― возможно, им пришлось вернуться по следам…

Удивительно, но бойцы прислушались к этим словам, тут же разойдясь в разные стороны, и вскоре послышался тревожный крик:

― Сюда! Здесь кровь…

Мы собрались у тёмной лужи. От неё в сторону утонувшего в сугробах одинокого дерева, петляя, вели глубокие следы с цепочкой красных капель. Как будто шёл один, неся второго на руках, и вяз в снегу, проваливаясь по колено. Все замерли, и, посмотрев туда, я понял почему: на нижней ветке под порывом ветра раскачивалась чёрная фигура…

Над ухом кто-то проворчал:

― Все знают, Ворон любит падаль ― придётся тебе первому идти.

Удар локтем назад прервал насмешки под хруст чужой ломающейся кости, и, сплюнув в грязный снег:

― Так кто тут падаль? ― решительно пошёл вперёд, окутанный внезапной тишиной…

Я понимал ― могу и не добраться, но почему-то всё же добежал, с надеждой повторяя:

― О боже ― только бы не Дар…

И, к счастью, не ошибся: хотя у мертвяка и не было лица ― сплошная каша, по росту он казался выше и солидней, да и цвет кожи явно был темнее, особенно на лысой голове. Один сапог валялся на снегу, разорванная ряса ― в пятнах крови, а вместо сердца рваная дыра…

Я охнул:

― Бедняга, кто ж тебя так люто ненавидел, что даже после смерти вздёрнул на суку? На Дара это не похоже. Снег весь истоптан ― они дрались, а может, защищались, когда вмешался третий ― сильный маг?

За спиной кто-то нерешительно закашлял ― рука сама легла на меч, а тело напряглось, готовясь к схватке. Увидев подошедшего, я немного расслабился ― это был Дрю, самый младший из разведчиков. С тех пор как удалось его спасти после нападения предателей из Восточного отряда, глупый мальчишка смотрел на своего «героя» влюблёнными глазами, страшно смущая и даваяДару очередной повод для насмешек.

Он испуганно заглянул мне в лицо:

― Что же это творится, Терри? Дар ведь не мог сотворить такое, правда?

Закусив губу, я пробурчал:

― Чушь не пори… Ты видел раньше этого монаха ― скажи, к кому он приходил в отряд?

Тот лишь уныло поводил плечами. В его доверчивых глазах застыла ничем не обоснованная надежда, что я непременно найду ответ на эту загадку, а мне, глядя на приближающихся бойцов с их недовольными физиономиями и сжатыми кулаками, почему-то так не казалось. Не исключено, что хмурые разведчики захотят присоединить новый труп к качающемуся на весеннем ветерке безымянному монаху. А значит, надо было срочно искать выход.

Но напрягаться не пришлось ― он сам меня нашёл… В глубине корявого ствола засияла серебристая искра, и пока все пялились на неё с раскрытыми ртами, я начал лихорадочно плести защитное заклинание, растягивая его на бестолковых раззяв. Что это за хрень мелькала в дереве ― сказать было трудно, но, чувствуя опасность, я спешил.