Где скрывалась Аматтея, не знал даже Набуахиариба. А он к тому времени сильно сдал. Его здоровье подкосили не только болезни и возраст, но и переживания. Известие об убийстве Шильках её собственным сыном, необузданным Теуманом, сильно отразилось на великом учёном. Ну а вторым ударом для него стало бегство Аматтеи. Вернувшийся в Ниневию Великий царь велел во что бы то ни стало разыскать беглянку. И ищейки Ишмидагана сбились с ног в поисках её, но это пока ни к чему не привело. И вот однажды поздним вечером старый слуга учёного сообщил Набуахиарибе:
– Господин, к тебе просится какая-то женщина.
– Чего она хочет?
– Поговорить с тобой.
Набуахиариба уже с трудом поднимался с постели, но на этот раз он велел одеть его и опираясь на трость учёный вышел в зал, где его уже ждали. Посетительницей оказалась маннейская принцесса, лучшая подруга беглянки. Она помогла слуге усадить ослабевшего учёного в его любимое кресло.
Он пытливо взглянул на принцессу:
– Ты мне хочешь что-то передать от своей подруги?
Маннейская принцесса кивнула головой.
– Я тебя слушаю…
– Она просила сообщить, что у неё всё хорошо и за неё не стоит волноваться!
– Аматтея мне как дочь!
– Я это знаю.
– А где она сейчас находится?
– Вот об этом даже я, лучшая её подруга, ничего не могу сказать. Пока что ей опасно раскрывать то место, где она прячется, и его никто не знает.
– Ну всё равно, благодарю тебя за хорошую весточку, – произнёс учёный и тут же он зашёлся в иступлённом кашле.
***
Набуахиариба уже целый месяц не вставал с постели и был совсем плох. Узнав об этом, в один из вечеров к нему приехал сам Великий царь. Ашшурбанапал поднялся на второй этаж и прошёл в спальню учёного мужа. Царь поразился увиденному – жизнь едва теплилась в теле наставника. Черты лица у Набуахиарибы заострились, сам он до крайности исхудал, и все морщины у него на лбу и у крыльев орлиного носа проступили жёстче.
– Я распоряжусь, чтобы тебя осмотрели лучшие врачи! – произнёс Ашшурбанапал. – Это моё упущение, что я несколько недель к тебе не наведывался.
– Не стоит присылать врачей, государь, – откликнулся учёный. – Просто пришло моё время, и мне никто из врачей не поможет…И жрецов не присылай. Я э-э-этим… этим… я им совсем не верю.
К горлу Ашшурбанапала подступил комок. Сколько он себя помнил, с ним всегда рядом находился наставник. Ашшурбанапал настолько уважал его, что считал Набуахиарибу едва ли не вторым отцом. Трёх человек почитал в своей жизни Ашшурбанапал – своего биологичкского отца Асархаддона, царицу-мать Накию-старшую и наставника Набуахиарибу. Асархаддон уже ушёл в царство теней, и вот теперь туда же засобирался отправиться и учитель…
– Что я для тебя могу сделать? – спросил наставника Великий царь.
– Мне ничего не надо, государь, только… – учёный вновь зашёлся в иступлённом кашле, и когда немного совладал с ним, то продолжил. – Я сейчас выскажу последние свои пожелания. Государь, сохрани Ниневийскую библиотеку… Сохрани её, как светоч бесценных знаний для последующих поколений ассирийского народа.
– Можешь не переживать за неё!
– А ещё не дай захиреть моему детищу, Счётной школе в Шадипадуме. На неё сейчас жрецы могут спустить всех собак, а она не менее важна, чем Ниневийская библиотека. Эта школа сыграет исключительную роль в деле подъёма империи…
– Обещаю и о ней позаботиться!
– И последнее, государь. Я уже и раньше не раз советовал, что не следовало исполнять все статьи из завещания твоего отца, тебе нельзя было отдавать в управление сводному брату Вавилонию. Но ты ни меня, ни мудрой царицы-матери не послушался и этим… э-этим самым допустил серьёзнейшую ошибку. И за это вскоре придётся расплачиваться. Я в последний раз предостерегаю – ни в коем случае тебе нельзя доверять своему среднему брату. Государь, будь с ним крайне осторожен. Я чувствую, что Шамаш и его тесть… замыслили что-то нехорошее против тебя. Над Ассирией сгущаются тучи. Я предвижу очень тяжёлое время для всей Ассирии и лично для тебя…
Через два дня великого учёного не стало.
Он ушёл в мир иной.
Ушёл самый первый настоящий учёный.
И его похоронили с величайшими почестями.
В Северном дворце у Ашшурбанапала имелся зверинец, где содержались тигры, львы, и даже несколько бурых медведей, но отдельно от всех этих зверей на особых правах содержалась Лилит. Это была любимица Ашшурбанапала. И недавно она принесла котят.
Великий царь пришёл её попроведывать и посмотреть на приплод. Для этой чёрной пантеры во дворце был выделен обширный вольер, где имелось всё: и небольшой бассейн, облицованный плиткой, и специально посаженные деревья, по которым она могла лазить, и даже был устроен целый домик для неё, и возле него вкопана в землю изящная когтедралка.
Шесть комочков сейчас примостились рядом с матерью и, ещё слепые, тыкались тупыми мордочками в её живот, а она совершенно умиротворённая лежала и благодушно помахивала хвостом. Ашшурбанапал склонился над своей любимицей и потрепал её за холку. Она зажмурила глаза и чисто по-кошачьи довольно замурлыкала.
