Ремирх вдруг как-то странно посмотрел на него, в каюте словно темнее стало, а потом сильно сжал его задницу сквозь штаны, подтолкнув Ариэна к креслу:
— Отец сразу учует обман.
Во рту пересохло, но не от страха, в ушах шумела кровь.
— Только не ремнем, пожалуйста, — Ариэн стащил штаны вместе с бельем, нагибаясь.
Но Ремирх пока не шлепал его, просто гладил.
— Давай, — попросил Ариэн, напряженный член пачкал смазкой рубашку.
И тут же почувствовал обжигающий удар, мгновенную боль и растущее вожделение. Он застонал как можно жалобнее и раздвинул ноги. Ремирх вошел в него одним движением и шлепнул еще раз, Ариэн лишь успел удивиться, когда же тот себя смазал, и кончил точно в момент пятого удара, вскрикнув особенно громко.
Глава 16
Их маленькая флотилия стремительно приближалась к берегу. Ремирх с Ариэном, забравшиеся на капитанский мостик, уже видели белые башенки города.
— Это же Кириат-ам-Орон, — сказал Ариэн.
— Светлый порт?
— Более того — Эссалийский, — Ариэн тревожно огляделся. — Тебе ничего не говорили о… нападении?
— Нет, — процедил Ремирх.
Отец с ним больше не разговаривал, а остальные любезно игнорировали. Не то чтобы ему не ответили бы на прямой вопрос, но Ремирх не знал, о чем спрашивать, а офицеры команды не спешили что-либо сообщать.
— Если будет нападение, я буду участвовать, — сказал он и виновато погладил Ариэна по голове. — Прости.
Ариэн обернулся и гневно сверкнул глазами:
— Я тоже!
— Против сородичей? — поразился Ремирх.
— Рядом с тобой.
И Ремирх благодарно стиснул его руку. Они столько раз сражались вместе в тренировочных боях, что казалось, понимали друг друга с полумысли. Это будет так здорово — быть рядом в настоящем деле.
Город был уже совсем близко, и навстречу им выплыли светлые корабли. Ремирх закусил губу, впиваясь взглядом в их защиту. Если попробовать двойную спираль, а Ариэн ударит копьем света… Он оглянулся на любимого и понял, что тот думает о том же.
Рядом завыли горны, а на палубу вышел отец и поднял в заклинании руки. Черная волна понеслась к берегу, разметывая корабли светлых в стороны. Ремирх послал вслед волне спираль, и увидел, как в нее вплелось копье Ариэна, и их заклятие задрожало, привычно разбухая мощью взаимодействия.
А потом все смешалось, разрывы молний и воронки Тьмы, прибрежные крепости палили в них механическими почти Десницами — единственным светлым заклятием, в котором можно было совместить силы многих посредственных магов. Отец все заливал городишко волнами Тьмы, и Ремирх видел, как сломалась их ратушная башенка. Пара светлых кораблей все же прорвалась к ним, или это они настигли светлых, Ремирх не успел понять. Но прозвучала команда “на абордаж”, и они с Ариэном бросились на вражеский борт, так привычно работая в паре. Только смерть и кровь были настоящие, а оттого метавшиеся вокруг них силы были во много раз мощнее, напитывая их яростью. И это было самое настоящее упоение боем, Ремирх только сейчас понял, что значили эти привычные слова.
Они захватили один светлый фрегат, блокировали городок с моря и разбили его защитные крепости. А потом стребовали с него откупные — две бочки с золотом.
— Мы как настоящие пираты, — радовался Ремирх после и закидывал голову вверх, глядя на сидящего на бочке с золотом Ариэна.
Тот смеялся и облизывал губы, залитые чужой кровью, его волосы сияли ярче золота:
— Вот и исполнилась твоя детская мечта, Ремирх.
— Мы и есть пираты, господин, — с улыбкой сказал стоявший рядом помощник капитана, — хоть и называемся штурмовым флотом АйесТирриона.
— Значит и наши берега так же грабят соседи, — нахмурился Ремирх.
— Далеко не все набеги так успешны, господин.
Их флотилия неслась дальше, вдоль скал Дол-Грабаха, к самому западному из родных портов, а они праздновали победу, заливая ее зеленым вином.
— За штурмовой флот АйесТирриона! — веселились моряки. — За князя АйесТирр!
Ремирх тоже вспрыгнул на бочку и поцеловал Ариэна, его губы были сладкими от вина и крови.
— За князей АйесТирр! — закричали снизу, поднимая кубки. — За Агрона и Ремирха АйесТирр!
— И Ариэна АйесТирр! — сказал Ремирх, тоже поднимая кубок к солнцу.
— За Ариэна АйесТирр! — ответно ревели моряки, и Ремирх смеялся, радуясь, что команда наконец-то признала их с Ариэном.
Окружающие на миг смолкли и снова разразились приветственными воплями и славословиями — на капитанском мостике показался князь.
— Пленников — в море, — сказал он.
И десяток связанных светлых, дожидавшихся своей участи на баке, были выкинуты за борт. Море забурлило, среди волн мелькали огромные плавники и кольца водяных змеев, а потом Ремирх увидел оскаленные пасти. На миг дневной свет померк, а когда солнце засияло вновь, море было уже спокойным.
— Боги приняли нашу жертву, — сказал князь.
***
— Мы точно настоящие пираты с тобой, такие же оборванцы, — сказал Ариэн уже в каюте, оглядывая себя в зеркале. — И переодеться не во что.
Вся их поклажа осталась на Блаженных Островах, досталась кредиторам, наверно.
— Скажем слугам, они чего-нибудь найдут, — фыркнул Ремирх, разоблачая любимого от ваниарских шелков и бархата, безнадежно испорченных битвой.
