Над головой послышался новый шум – это были кровяные мухи, пробивающие себе дорогу через древесную сеть. Они были все ближе и ближе... приближаясь к бешеной энергии Икариума. «Ягут скоро проснется – другого не дано. Единственная радость заключается в том, что нас он убьет последними. Ха-ха, погибнет Азас, лабиринт и все узники... Только прошу тебя, Икариум, не жалей никого... Так будет лучше для всего мира и остальных живущих в нем людей...»
Режущая боль пронзила спину Скрипача – кровяные мухи! Однако нет, что-то уж больно они тяжелы... Такое ощущение, будто в кожу вонзились мелкие клыки. Обернувшись, сапер встретился взглядом с яростным оскалом Моби. Зверек двинулся по руке Скрипача, непрестанно пронзая плоть на расстоянии нескольких дюймов. Сознание солдата помутилось, перед глазами пошли разноцветные круги. В ту же секунду он почувствовал, что рука стала чудовищно тяжела, и закричал.
Моби перебрался по руке сапера на саму дверь, протянул тонкую ручку и дотронулся до щеколды.
Скрипач повалился на теплый влажный плитняк. За спиной послышались крики и топот ног, а Дом продолжал неистово стонать. Перекатившись на спину, сапер ощутил, что лежит на каком-то предмете. В то же мгновение в воздухе повис резкий запах пыли.
Треморлор потряс сильнейший толчок.
Скрипача подбросило, и он, опершись на руки, принял сидячее положение.
Картина, открывшаяся впереди, поразила бы любого смертного. Коридор, чьи стены были выложены большими плитами, светился ярко-желтым трепещущим светом. Маппо продолжал держать Икариума в объятьях, хотя эта задача становилась все сложнее и сложнее. Все как один ринулись на свет. Через мгновение Ягут успокоился и вновь бессильно обмяк. Золотой свет перестал дрожать: ярость Икариума улетучилась.
Маппо в безмолвии склонился над неподвижно лежащим телом друга. Дверь захлопнулась, однако теперь они находились внутри.
Скрипач огляделся, пытаясь выяснить, не потеряли ли они кого из своей компании. Апсала склонилась над отцом; Крокус продолжал тащить съежившегося Искарала Пуста поближе к свету, в то время как верховный священник, недоумевая, тупо смотрел в потолок.
– А где Гончие, Искарал Пуст? – прозвучал сухой голос сапера.
– Убежали! Представляете, в средоточии предательства и измены они пошли до конца в борьбе с Д'айверсом, – помедлив, он понюхал сырой воздух. – Вы чувствуете это? Треморлор удовлетворен – Д'айверс попал на крючок.
– Любая измена в жизни может быть совершена инстинктивно, верховный священник, – произнесла Апсала. – Только представьте себе: пять всевышних во дворе Дома! Сам Повелитель Тени опасается их... Это же огромный риск для Треморлора!
– Ложь! Мы играли по честным правилам!
– Впервые за все время, – пробормотал Крокус. Взглянув на сапера, он добавил: – Рад, что ты открыл дверь, Скрипка.
Сапер осекся и вновь начал осматривать коридор.
– Это не я. К щеколде прикоснулся Моби, однако по ходу дела он располосовал мне всю руку. Ну и где этот проклятый коротышка? Зверек должен находиться где-то неподалеку.
– Ты сидишь на трупе, – произнес внезапно отец Апсала.
Крокус опустил голову; заметив под собой груду костей и разлагающейся плоти, он как ужаленный взвился в воздух, бормоча проклятия.
– Интересно, и как я его не заметил, – произнес задумчиво Крокус. – Скажи, Скрипка, ты думаешь, он умер внутри?
– Да, уверен.
– Однако он мог пройти гораздо дальше в глубь Дома...
– Да нет, этот человек искал врата, – заверещал Пуст. – Тропу Рук!
– Однако Моби – обычный семейный...
– Ложь! Наш отвратительный бхок'арал – Сольтакен, глупцы!
– Успокойся. Здесь нет тех врат, которые столь яростно ищут Изменяющие Форму, – произнесла Апсала, медленно поднимаясь на ноги и начиная внимательно рассматривать разложившееся тело. – По всей видимости, этот человек был Хранителем, поскольку каждый Азас имеет своего караульного. Я всегда полагала, что они относятся к бессмертным... – девушка сделала шаг вперед и склонилась над костями, – это не человек – посмотрите, его конечности слишком уж длинные, а количество суставов вообще превышает все мыслимые пределы. Представляете, какой мощью обладала его плоть...
Маппо поднял голову.
– Форкрул Эссейл.
– Последняя из Старших Рас. Во всех известных мне легендах Семи Городов нет ни одного упоминания об этих существах, – девушка повернулась лицом к коридору.
На расстоянии пяти шагов от двери располагался Т-образный перекресток, причем прямо напротив входа виднелась пара других дверей.
– Планировка практически идентична, – прошептала Апсал.
– Чему? – спросил Крокус.
– Дому Мертвых, располагающемуся в городе Малаз.
Со стороны перекрестка послышались мелкие шаги, и мгновение спустя из-за угла появился Моби. Махнув крыльями, он приземлился на руки дару.
– Он весь дрожит, – произнес Крокус, крепко обнимая зверька.
– О, великолепно, – пробормотал Скрипач.
– Ягут, – прошипел Пуст, сидя на коленях на расстоянии нескольких шагов от Маппо с Икариумом. – Я вижу, ты тискаешь его в своих руках. Скажи, он мертв?
Трелл отрицательно покачал головой.
