Гадкая мыслишка проскользнула в моем скучающем разуме: может, бросить принца сейчас? Ну он же справится, как ни крути, больше короновать некого, министры трясутся за его здоровье сильнее, чем за свое, поди ж, найди еще такую удобную марионетку. Боже, да ничего не решает эта пара часов, и уже сейчас я могу просто выкрасть эльфийку, спрятать ее от брата и дождаться конца вечера, а там, пропади все пропадом.
НО… но… слишком много «но».
Я чувствовал, что мне рано уходить, я чувствовал, что это время действительно ничего не изменит, но, если Аргиан поднимет тревогу, он может даже сорвать коронацию. Эльфийское величество не потерпит обмана и пренебрежения, а какая истерика будет — ммм… я бы посмотрел, если бы не был втянут в эту грязь по самые уши.
Наконец-то в зале появилась эльфийская чета: сверкающий, словно начищенный чайник, Аргиан и несколько заторможенная, но все же прекрасная Люмиэль, державшаяся гордо и величественно только за счет руки брата. Интересно, как он объяснит слухи, которые наверняка поползут после этого вечера.
Еще через четверть часа все оставшиеся гости собрались, и праздник должен был вот-вот начаться, но слуги забегали в коридорах активнее, периодически оглядывая толпу и явно нервничая. Глашатай не торопился объявлять принца, и я решил-таки проверить, не случилось ли что-то с ним.
Растворившись в тени, я аккуратно проскользнул в темный угол коридора и вышел из тьмы, оставшись незамеченным для людей вокруг.
— Что-то случилось?
Я сказал это, ни к кому конкретно не обращаясь, так как поймать кого-то из снующих туда-сюда помощников не представлялось возможным, но юнец, разглядывающий из-за шторы гостей, услышал меня и, подпрыгнув на месте, обернулся.
— Г-господин…
— Да?
От моего голоса паж поежился и, бегая глазами по полу, заикаясь продолжил.
— П-простите…
— Я слушаю тебя.
Мне казалось, я клещами вытаскиваю из него каждое слово, и я уже подумывал залезть в его голову и пошарить там сам, это было бы явно быстрее, чем объяснение проблемы. Мальчишка втянул голову в плечи и еле выдавил из себя ответ.
— Я… то есть, принц… он… он отказывается принимать участие…
— В чём?
— В коронации… — тихим шепотом закончил парень и попятился назад, подальше от моего взгляда.
— Ясно.
Вздохнув, я развернулся и, оставив пажа в покое, направился к покоям принца. Пара министров, словно заботливые тетушки, стояли у дверей и с ужасом смотрели, как Леброн мечется по комнате не в силах справиться со своими чувствами. Прекрасное лицо юноши покраснело, глаза опухли, а гримаса ужаса, словно маска, исказила его черты. Услышав мои шаги, принц закричал и бросил в дверной проем вазу со стола.
— Вон! Пошли все вон! Я не хочу никого видеть!
Увернувшись от вазы, я закрыл дверь от любопытствующих глаз и, поймав Леброна за плечи, приподнял его над полом, встряхнув.
— Долго ты еще собираешься истерить?
— Ньярл, я…
— Не хочу ничего слышать, ты собрал целый зал гостей, они ждут тебя, чтобы поприветствовать как своего господина или как равного себе, прекращай реветь, неужели ты хочешь запомниться им королем-плаксой?
Леброн всхлипнул и, кажется, начал плакать еще сильнее.
— Их там так много…
Приблизив лицо принца к своему, я заглянул в его глаза и тихо прошептал.
— Ты боишься не того, Леброн. Представь, что я с тобой сделаю, если ты туда не пойдешь.
Принц испуганно посмотрел на меня, словно кролик на удава, и замер, боясь пошевелиться. В его глазах читался неподдельный ужас, в его тревожном сознании наверняка мелькали сцены пыток или убийства, хотя он лучше меня знал, что моя клятва исключает возможность ему навредить.
Я поставил юношу обратно на пол и, достав из кармана платок, вытер его щеки от слез.
— Приглашу к тебе лекарей, они приведут твое лицо в порядок и дадут успокоительное. Через полчаса жду тебя на коронации, если ты опоздаешь, я силой выведу тебя туда, ты понял?
Юноша закивал, все еще боясь издать хоть какой-то звук. Его уши и лицо пылали, кажется, сильнее прежнего, а взгляд уперся в пол.
— Хорошо, сегодня твой день Леброн, постарайся получать удовольствие от происходящего. Эти люди обожают тебя и верят, что ты станешь хорошим правителем.
Получив от принца еще один кивок, я открыл двери комнаты и отдал распоряжения министрам и слугам. В проходе к покоям снова началась суета, но в ней я даже успел увидеть королевского лекаря.
Оставив юношу его нянькам, я со спокойной душой и чистой совестью снова скрылся на своем месте, ожидая начала представления.
В назначенный срок принц Леброн всё же появился на красной дорожке перед троном. Ступая величественно, чуть ли не на зависть эльфам, он достойно прошел к другому концу зала, где у стены его уже ждал глава церкви, облаченный в белую мантию с золотым шитьем, и огромный белый гладкий камень с небольшим постаментом. На краях валуна было вырезано множество символов, старые письмена сплетались в необычный хоровод, что, казалось, путал сознание, если на него слишком пристально смотреть.
