– Мы тоже рады вас видеть, генерал, – говорит Аб, растирая по лицу пот. – Сегодня ваш мертвец был в ударе.
– Он соскучился по игре, – сказал Мегасопелл. – Хендс, он тебе нос разбил. Но вы назвали меня генералом. Вы что, меня оскорбили?
– Да, сэр, следует?.. – присоединяется и Блэк-Блэк.
– Ну я присвоил вам звание генерала, Лем, – объясняет Аб. – Вы спали как раз. Мне почему-то пришло в голову.
Блэк-Блэк как раз закончил затыкать себе ноздрю одним тампоном и тыкает другим в пульсирующие в воздухе капельки крови, собирая их.
– Иди ты, Лем… в неё… – говорит Блэк-Блэк. – Оба вы, и лейтенант и генерал. Это твой мертвец мне. Капитан и не мог, не дотянулся бы.
– Капитан, а товарищ Хендс вас оскорбляет! – говорит генерал плаксиво. – Он утверждает что вы чего-то да не могли!
– Посерьёзней, лейтенант, генерал, – говорит Аб. – Посерьёзней. Нас со старшиной ждёт не очень приятная работа. Вы же нам поможете? Или лучше…
– С вашего позволения, сэр, – «или лучше», – говорит Мегасопелл. – Понимаете…
– Мистер Хендс, – говорит Аб, кивнув Мегасопеллу: «ОК, Лем». – Пора идти.
– Сэр, – предупредительным тоном говорит Мегасопелл. – На «Чайковском» сейчас почти три тысячи тел. Половина – на свободе. Многие – агрессивно активны. Не лучше ли будет… э-э… проветрить шипоносец. Мы легко можем потратить пару танков аргона. У нас целый новенький техкорпус нетронутого добра. Надуем жилуху до без четверти один и разинем ограничники. Покусают вас, как вы ни берегись.
– С удовольствием согласился бы с вами, – отвечает Аб. – Но, во-первых, мы теряем уже имеющуюся атмосферу, мне, с моей биографией, это прямо невмочь, и, во-вторых, процедура есть процедура. Поверьте… поверьте нам с Блэк-Блэком: нам видней.
– Что ж… – сказал Мегасопелл. – Тогда я вам посвечу. – И он поплыл к унимодулю, завис над ним, бросил с пояса к пайоле стропу, пулемётно затарахтел тактой. – Сейчас я устрою себе гнёздышко и подиктую вам обстановку.
– Вы будете делать с рук, мистер Мегасопелл? – удивлённо спрашивает Аб, наблюдая за ним.
В тарахтеньи сверкнула пауза.
– Пока – да, сэр. У меня в голове не один мертвец. Но у меня тоже есть сундучок. Вон в том шкафчике. В нём – в них – таится хороший компьютер. Я устроюсь, не беспокойтесь.
– ОК. Проверьте оружие, мистер Хендс.
– Готов, капитан.
– И всё же,– настойчиво повторяет Аб, снова проверяя флинт, проверяя, как ходит в ножнах стропорез. Затем он будит Утро. Меч запел. Мегасопелл сразу оборачивается и смотрит. Аб делает салют, расслабляет локоть, чтобы по отдаче от клича понять, насколько Утро сегодня в форме. С благодарностью выключает светлый меч, будит Ночь. Ночь, хоть и сыта,– но сразу же косится,
– Мурашки по коже, – говорит Мегасопелл. Блэк-Блэк, держась от Ночи подальше, аж из-за купола дальней «кормушки» звучно на весь отсек сглатывает. – Я понимаю, почему вы называете их мечами, сэр. Экие штучки инопланетные!
– Добрая Ночь, – говорит громко Аб. Чёрный клич тает. – Форвард, мистер Хендс?
– Кы-хым! Форвард, сэр. Надеюсь, Ночь нам не понадобится.
– Кто знает.
Мегасопелл открывает им входной шлюз. Блэк-Блэк вступает в воронку шлюза, и тут же в грудь ему вцепляется обсля-самка в форме младшего офицера. Передние зубы у неё раздроблены – что-то стальное она пыталась загрызть, какую-то магистраль, наверное. Блэк-Блэк бьёт обслю ногой, её выносит в коридор, Аб прыгает за атакующим Блэк-Блэком следом, и дверь шлюза моментально заваливается: Мегасопелл, знавший многих и многих на «Чайковском», бережёт нервы своего мертвеца. Правильно, подумал Аб. Должен же быть у меня кто-то, никогда никому низачем не отрезавший головы. Блэк-Блэк тем временем переломил убитой руки, просунул их в ближайший поручень и оттянул, замкнув обслю в капкан.
– Чёрт возьми, мистер Хендс! – сказал Аб. – Эдак все три тысячи побарывать… Не прав ли наш генерал?
– Не думаю, сэр. Тихо, тихо, моя, сейчас я тебе, голуба, помогу…. Шейку прямо держи… Не больно, не…
– Мистер Хендс! – говорит Аб резко.
– Я, сэр.
– Посерьёзней. Она была человек.
– Copy, sir. Я тоже когда-то был.
– Посерьёзней. Поле – диспетчеру.
– Здесь… Вы уже всё там с Еленой?
– Вы знали её, генерал? Мне жаль. Держите себя в руках. Что там с путь нам посветить?
– Грею видео. Где уже вижу – в центральных диспетчерских – вообще никого, хотя тел много. Думаю, многие просЫпались, сэр. Надеюсь. Но ГРОА с ума сходит, так что не зевайте.
– ОК, я тоже надеюсь и зевать не собираюсь. Нас не ждите, реанимируйте шипоносец, программа пусть идёт. Когда-то я умел реанимировать звездолёты… И гляньте в Космос – вот сейчас – Форта не видно?
– Видно. Я не успел сказать. Совсем недалеко под нами.
– Холодный Форт?
– Не понял, сэр.
– Радио, теле, НРС?
– Со всем уважением, сэр, но я так быстро не могу с унимодуля сделать всё на свете, – рапортует Мегасопелл надменно. – Со всем уважением, сэр. Дайте мне минутку, я свою машину заведу.
