Наши родственники пофыркали для начала, но потом успокоились, приняли, так сказать, в семью. Они у нас люди вполне вменяемые, и другой реакции я от них не ожидал. Мамины же и Егоровы друзья приняли данный факт спокойно. Их до этого неплохо Валечка выдрессировал. Он, кстати, тоже был, но один, его очередной воздыхатель не прошел строгий фейс-контроль неусыпной родни. Мне, гаденыш, глазки строил. Но мелкого пакостника быстро угомонили, он и отстал от нас. У него, вообще-то, дальше озорства и не заходило. За свою физиономию и честь он был абсолютно спокоен, поскольку за него всегда горой были брат и его друзья, принявшие его, какой есть.
Все было хорошо, кроме одного: время идет, а мы так и не трахаемся нормально! От этого я начинал потихоньку звереть и психовать. Нет, игрушки – это хорошо, просто замечательно, но! Недостаточно уже, блин! На все мои вяки на тему, что пора бы уже, наконец, поиметь конец, мне затыкали рот поцелуем, а потом я уже и думать забывал, чего там раньше хотел. Даже та штуковина шариком, оказавшаяся анальной пробкой, специально для моего случая, была забыта. Никиту я не мог понять, честно. Я же не хрустальный, в конце-то концов, ну, потерпел бы, если бы и в самом деле это было больно, но я в этом как-то сомневаюсь, после еженощных-то забав с игрушками.
Так что, с этим надо было что-то делать. И я знаю, кто мне поможет. Дар, кто же еще! Лучше него мне никто не подскажет. Вообще-то, у нас почти не было каких-то запретных тем, и его отношения с его зверинцем мы тоже не раз обсуждали, так что…
Решив не откладывать столь важный разговор в долгий ящик, я, вместо последней пары, которой была история, потащил Дарьку в кафе.
***
- Блин, ты просто псих! – выдал Дар, устроившись за столиком. – Как потом истеричке будешь в глаза смотреть-то и оправдываться? Она ж нас видела сегодня.
Честно говоря, я не слишком понимаю, зачем нам на четвертом курсе история вместе со сдвинутым на предмете преподавателем, другое дело - информатика и иже с ними…
- Фигня, отбрехаюсь, как-нибудь.
- Ну-ну. Ладно, что у тебя за вопрос жизни и смерти?
- А откуда…
- От верблюда. Будто я тебя не знаю. Без причины ты бы с истории не свалил.
- Ну, в общем, да.
Я невольно замялся, не зная, как начать.
- Блин… – не выдержал брательник, – неужто поссориться успели?
- Да ну тебя, Дар! Это у вас скандалы и капризы, вам, наверное, без этого нельзя, а у нас сплошные розовые сопли в шоколаде. Не могу я с ним ругаться. Да и поводов я не вижу. Ни малейшего. Может, потом будут. Так я потом и буду думать. Хотя, я даже не знаю, что это может быть. Он просто мой. И для меня. Как половина меня. Как одна рука может на другую ругаться?
- Тогда, что не так? – прервал он мои хвалебные оды любимому.
- Нуу…
- Не нукай, – он пнул мою ногу под столом. – И хватит ногами дергать, стол трясется. Успокойся и скажи.
Я положил голову на спинку дивана, подтянул ноги. Глянул на него: сидит, всем видом выражает крайнюю заинтересованность.
- Ну, так что там у вас? Давай, не тяни резину, – с видом дотошного дохтура Дар приступил к выяснению подробностей.
- Ладно. Попробую, – я вздохнул, собрался с мыслями. – А как вы стали… ну… они сами решились?
- А? Ну да, не выдержали, горемычные! – заржал Дар.
- Да? – я пригорюнился. Похоже, ситуация у них другая была.
- А то! – усмехнулся тот. – Погоди-ка, так ты поэтому такой смурной? Вы что, до сих пор с Никиткой так и не трахаетесь?
Невовремя подошедшая официантка пошла красными пятнами. Дар пощёлкал пальцами перед её носом и, убедившись, что она вернулась на землю, преспокойно заказал кофе и тирамису. Поскольку я сидел не в меньшем ахуе, чем девушка-официантка, он и за меня сделал заказ.
- Придурок, – зашипел я на него, когда девушка отошла, – ты, вообще, прежде чем что-либо вякать, убедись, что язык к мозгу подключен! Что она теперь думать будет?
- А тебе какая печаль её думы? – рассмеялся непрошибаемый парень.
- Бля, ты еще громче закричи, еще не все расслышали!
- Короче, давай!
- Короче ему… – я выдохнул. Обижаться на него бесполезно. – Понимаешь, такое дело… У нас с ним дальше поцелуев и обжиманий не заходит. Я его хочу. Он меня хочет. Но тут уже не смешно. Я к нему – он «прости, дорогой, не сегодня»…
- Ооо… вот засада. Как же так?
- Да хер его знает. Все в бирюльки играем, никак Никитушка не решается покуситься на вожделенный филей.
- А ты с ним говорил на эту тему?
- А ты как думаешь? Конечно. Он только отмалчивается, улыбается, а как целовать начинает, так я последние мозги теряю и про все забываю.
- Нууу… – хитро сверкнул глазами он, – на самом деле все просто! Поскольку гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе. Тебе надо сделать так, чтоб мистер Я-Все-Всегда-Контролирую окончательно голову потерял.
- Это как?
- Ну, ты как маленький. Соблазни его.
- Да, блин, не знаю как. Что делать-то надо?
- Господи, за что ж ты такой тупой-то…
- Но-но-но! Разговорчики.
- Записывай, давай, студент, всему тебя учить надо.
Я изобразил ручку в одной руке, умное лицо сделал. Дарька фыркнул, не удержался, рассмеялся.
