– Ничего я не путаю, – обиделась Миниэль. – Ты что сама не видишь?
Эоэлла присмотрелась. И правда, за одним из дальних столов среди наставниц и магистров сидела женщина-анджел с небольшой диадемой из светлых шариков, выделявшихся на фоне ее темных волос. Эоэлла знала, что шарики эти мягко мерцают. Таких украшений в Эдеме было всего девять, по числу их обладательниц, имеющих звание Видящих. Это была одна из высших ступеней в Эдеме, которую только могли достигнуть анджелы. Эоэлла, как и многие, мечтала, что когда-нибудь наденет на свои волосы такую же диадему. Иногда в своих грезах она уносилась так далеко, что начинала выдумывать прическу, которую сделает, когда ей будут вручать это бесценное украшение. Никто не знал, каким образом можно войти в число Видящих. Они сами на своем Круге решали, кто достоин посвящения. Поэтому появление одной из Видящих в любой из школ сразу порождало лавину слухов и сплетен: А вдруг она прилетела предложить кому-то из наставниц пройти испытания на право получить десятую диадему?
– Вот сейчас среди наших мэтресс суета начнется!
– Еще бы! Старшая наставница давно мечтает войти в Круг Видящих. Все это знают. Пойдем скорее, там столик освободился!
Они обогнули фонтан и уселись за освободившийся столик. Прошло немного времени, и к ним подлетели две крупные птицы с радужным оперением и красивыми хохолками. Ловкими движениями птицы принялись доставать из корзинок, что держали в лапах, тарелки с едой и вазочки с фруктами, расставляя их по столику.
– Это не моя птица! – удивилась Эоэлла.
– Она тебя бросила, – фыркнула Миниэль, – и теперь прислуживает Видящей.
Эоэлла улыбнулась шутке и непроизвольно бросила взгляд в сторону стола, где виднелась мерцающая диадема. И в самом деле, ей показалось, что птица с золотистыми крыльями и черно-бархатным хохолком, неизменно прислуживавшая ей в течение этого года, теперь летает возле Видящей.
– Можно к вам присесть? – послышался мелодичный голосок.
– Конечно, Далигель!
Пришедшая грациозно опустилась на кресло, и Эоэлла вдруг почувствовала себя грубой и неуклюжей. Многие в присутствии Далигель ощущали что-то подобное. Наверное, поэтому она считалась первой красавицей школы. За соседним столиком появилась компания парней-анджелов: светловолосых, плечистых с могучими крыльями. Далигель не обратила на них ни малейшего внимания. Она небрежно протянула руку, и в ней моментально оказался тонкий бокал с соком, который принесла ее снежно-белая птица. Сделав крошечный глоток, красавица подняла глаза на Эоэллу.
– Я слышала, что сейчас Видящие обращают особое внимание на тех, кто изучает Мудрословие.
– Почему? – тут же заинтересовалась Миниэль.
– Говорят, они ищут какое-то пророчество или мудрость, которая иносказательно записана в одном из Мудрословов. – Далигель смотрела только на Эоэллу. – А ведь ты занималась изучением Мудрословов.
– Да, – коротко сказала Эоэлла. – Занималась.
Она могла бы многое рассказать этой красавице. Полгода назад Старшая наставница пришла поздно вечером в домик, где жила Эоэлла, и принесла книгу настолько древнюю, что казалось – дотронься до изжелтевших от времени страниц, как они тут же рассыплются в прах.
– Это один из первых Мудрословов, – сказала Старшая наставница. – Он написан на давно забытом мертвом языке, который почти никто не помнит. Я слышала, что ты его изучала.
Эоэлла кивнула.
– Очень хорошо! Я поручаю тебе заняться переводом этой редчайшей книги. Постарайся выполнить его как можно тщательнее. Это важно. Об этом ты не должна говорить никому. Так надо.
Эоэлла согласилась, хотя последнее условие ей не нравилось. Работа, которую ей приходилось делать поздними вечерами, оказалась интересной, но безумно сложной. Древний язык был построен на крайне сложных принципах, которые она плохо понимала, он обладал пластичностью и многозначностью понятий. Постепенно девушка стала понимать его ритм и строй. И дело двинулось.
И вдруг ее спрашивают, изучала ли она Мудрословы!
– Ты можешь сказать нам какую-нибудь мудрость из тех, что изучала? – продолжала тем временем Далигель. – Тебе это, наверное, нетрудно.
– Нетрудно. Слушайте.
– Мудро, – улыбнулась Далигель, – но не совсем точно. К примеру, когда твою голову увенчают диадемой Видящей, то с твоими светлыми волосами она не будет гармонировать. Это твой недостаток, и я говорю о нем. Но у меня такого недостатка нет, потому что мои волосы – темные.
Эоэлла задумалась и не нашлась что ответить.
– Про диадему, это ты так шутишь? – спросила вдруг Миниэль.
Далигель ничего не ответила и только улыбнулась многозначительно и загадочно.
* * * * *
