Старшая наставница наклонила голову в знак согласия.
Глава 3.
Вызов.
«Хочешь добиться чего-либо – веди себя так, чтобы все подумали, что это уже свершилось», – сказал Мудрый.
«Но ведь это обман!» – сказал Наринаэль.
«Да, если ты сам в это не веришь».
«А что нужно, чтобы в это поверить?»…
Беседы с Мудрым
До самого вечера Даграэль был осторожен. По широким коридорам Академии, высеченным в цельной скале и ярко освещенным пламенем неугасимых факелов, он ходил медленно и осмотрительно. Косо брошенные взгляды встречных демонов-практикантов старался не замечать. На ужин в общую трапезную не пошел вообще. Но это для него было как раз не страшно – в приюте зачастую им приходилось оставаться без обеда или ужина. Не привыкать.
Добравшись до своей комнатки, Даграэль плотно прикрыл тяжелую каменную дверь.
«Засов задвинь» – проговорил голос внутри него.
Все началось в Арганаде. С ним начал разговаривать чей-то голос, незнакомый, чуть хрипловатый. Откуда он появлялся и куда исчезал, Даграэль не знал. Поначалу он пугался, вздрагивал, озирался, потом привык. Необычного собеседника он стал называть Голосом Разума из-за того, что все его советы и рассуждения чаще всего оказывались верными. Это раздражало, но заставляло прислушиваться. Иногда ему казалось, что он говорит сам собой, а иногда – нет. Засов он задвинул.
Комната, которая уже несколько месяцев была его домом, не могла похвастаться своими размерами: пять с половиной шагов от стены до стены – что в длину, что в ширину. Низкий каменный топчан, крошечный стол, а над – ним светильник, наподобие таких же факелов, что в коридоре, только поменьше. Вот и вся небогатая обстановка. В другом мире ее назвали бы аскетичной. Даграэля она вполне устраивала. Плохо, что в ней было мало места для книг, которые он получал, а по большей части выпрашивал у библиотечного хранителя. Стопки книг лежали на полу, на столе, загромождали топчан. Но это было удобно, потому что ночью их можно было положить в изголовье.
Бум! Бум-бум!
Снаружи кто-то тяжко колотил в дверь. Оглядевшись, Даграэль выбрал из стопки книг сборник поэм Лукредаэля – тяжелый, с окованными медью краями. Совсем неплохое оружие для тех, кто понимает. Осторожно, как и было ему велено, Даграэль отодвинул засов и чуть-чуть приоткрыл дверь. Её тут же распахнули настежь. В комнату ввалился здоровенный демон, а чуть позже юркнул второй. Сразу стало тесно.
Даграэль, замахнувшийся было увесистым манускриптом, засмеялся и откинул его в сторону. Он узнал вошедших. Первого звали Машамиэль. Был он высоким, крупным, с тем избытком физической силы, что все время ищет выхода. В учебе Машамиэль не особенно успевал, но ничуть этим не тяготился. На форменную черную одежду любил навесить что-нибудь яркое. Вот и сейчас на нем красовался ярко-зеленый плетеный пояс. Второй же демон разительно от него отличался. Невысокий, худой и вертлявый, он заметно прихрамывал на левую ногу. На курсе он был старше не только практикантов, но и многих преподавателей. Настоящее имя его было неизвестно, сам же он просил, чтобы его называли просто – Шустрый Бес.
Именно с ними у Даграэля установились отношения, которые можно было назвать если не дружескими, то приятельскими.
Машамиэль одним движением смел с топчана на пол разложенные там книги и уселся, удовлетворенно рыкнув. Шустрый Бес пристроился в уголке на стопке тех же книг.
– Мы к тебе пришли поговорить, – пробасил Машамиэль. Красноречием он никогда не отличался. – Ты это…
– Давай лучше я скажу, – голос у Шустрого Беса был тонкий, под стать фигуре. – Ты знаешь, Дагр, что мы к тебе относимся хорошо, можно сказать, даже уважаем.
Здоровяк согласно закивал.
– Ты на курсе – самый умный и талантливый. Да-да, ходит такое мнение, – подтвердил он в ответ на протестующий жест Даграэля. – И можешь стать одним из лучших экзекуторов. Был даже слушок, что тобой интересовался сам Гейзенель.
Даграэль стоял в углу комнаты (сесть больше было некуда). Ему нравилось жить в столице, учиться, рыться в книгах, узнавать новые или давно забытые факты. Да и что говорить – питаться так. В приюте, он о таком не мог и мечтать. О дальнейшей своей судьбе он пока еще ни разу не задумывался. И то, что его считают умным и перспективным, было для него новостью. Особенно после разговора с наставником.
– Вот это, – продолжал Шустрый Бес, – многим очень не нравится. Царагель, к примеру, просто места себе не находит.
Царагель, высокий красавец-демон, был лидером курса до появления Даграэля.
– Цар слишком много о себе возомнил, – сообщил Машамиэль, – отец у него какая-то шишка в столичном управлении. Он у меня девчонку увел. Вот возьму и вызову его…
Вызовы и следовавшие за ними поединки были у демонов обычным делом. Происходило все просто. На расстоянии пяти шагов проводились две линии. Каждый из поединщиков занимал позицию перед своей линией. Целью было волевым усилием вытолкнуть противника за его линию. Кто это делал первым, тот объявлялся победителем.
