«Ну да… тут такие парни интересные, творческие… А то, что они с Ильей являются авторами нескольких песен, слушки уже стали расползаться! И тут эти две… городских! Что-то ходят, высматривают, непринужденно общаются с нами! Нет… ни мне, ни тем более Илье – вот это внимание местных красавиц и даром не нужно! У Ильи есть Тоня, а мне… разборки с местными парнями, а еще хуже – с родителями девиц… никуда не уперлись!».
«Ильюху все же коньячком нужно отравить! Пусть тремор снимет!».
Тем временем стали прибывать еще люди. Сначала на каком-то очень интересном «пепелаце» прибыли Калошин и Ко. Это незнакомое Ивану чудо автопрома было несколько похоже на автобус на базе ГАЗ-51, только побольше и в ширину, и в длину. А еще у него был большой задний свес. Эта деталь кузова настолько выбивалась из представления о необходимом и достаточном размере предмета, что Иван не выдержал и подойдя к водителю спросил:
- Извини, можно вопрос задать? А при таком свесе сзади, когда с места съезжаешь – морду не задирает?
Очень важный парняга, в до белизны вытертой кожаной куртке и кепарике на затылке, сначала с недовольством отвлекся от извечного важного занятия всей шоферни, которая здесь и сейчас хочет показать свою важность, а именно – обпинывания покрышек, сплюнул, потом достал пачку папирос из кармана, закурил:
- Бывает… если в горку, или резко газку прибавишь с места. Или – вон как эти… артисты, которых привез! Говорю им – не складывайте все на заднюю площадку, так нет же… Не понимают ни хрена!
- Ну ничё! Зато – концерт посмотришь, да и «левак» опять же – чем плохо?
Парень с подозрением покосился на Косова:
- А чё «левак»-то? Чё – «левак»? Они в кассу предприятия заплатили, вот и вожу их.
«Ага, ага! Верю! Ладно… дело-то не мое».
Калошинцы шумно спорили с директором, по поводу места размещения их инструментов. На сцену нельзя – до них там люди будут выступать, да они и сами не горели таким желанием. В кабинет Ильи? Так туда еще начальство заходить будет. А куда тогда?
Под лестницей в мансарду имелся довольно немалый чулан. Вот Иван и предложил разместить там инструменты, а ключ от чулана – передал Игорю.
Он поручкался с Калошиным, обчмокался с Варей, перенес в связи с последним тяжелый взгляд Зиночки, и улыбку Киры, и следом за всеми, поднялся в кабинет. Здесь уже было шумно – артисты пытались разместиться на единственном диване, да паре стульев. Иван, воспользовался суматохой, и умыкнул один стул, подставил его ближе к дивану, где с краю села Варя.
Была она непривычно молчалива и серьезна. Даже чуть бледна.
- Волнуешься? – наклонился к ней Иван.
Она чуть удивленно посмотрела на него, качнула головой:
- Нет… Настраиваюсь.
- А разве можно вот так… серьезно настраиваться. Перегоришь так на нервах, и на сцену выйдешь уже выжатая как лимон из чая.
Она поморщилась:
- Да я обычно проще к этому отношусь… Только вот сегодня – не хочу провалиться!
- А с чего ты провалишься? Опыт выступлений у тебя есть, поешь ты здорово, танцуешь замечательно. Так чего же переживать? Вот хочешь анекдот? Слушай…
Он наклонился к ней и практически в ушко стал нашептывать смешной, но очень пошлый анекдот. Варя сначала фыркала, а потом расхохоталась.
- Э-э-э-э… Вы чего там так веселитесь? Мы тоже хотим посмеяться – затянул один из артистов, но Иван отмахнулся:
«Вот Варю встряхнул, и довольно!».
Потом он уступил стул Илье. А его поманил за собой Калошин. Они спустились вниз, вышли на улицу.
- Слушай, Иван! Наша размолвка позади, не так ли? Вот… чтобы, так сказать, углубить дальнейшее сотрудничество, я подумал… В общем, мы уже неделю обкатываем Ваши песни – и на танцплощадке, и в ресторане. Идут! Очень хорошо идут песни! И… чтобы Вы ничего не затаили, чтобы ты и дальше… делился с нами! Вот! С Ильей я не стану разговаривать на эту тему, он человек…, - тут Игорь неопределенно помахал рукой, потом достал из кармана свернутые вдвое купюры, - здесь триста! Пока – ваша доля, поделишь сам с Ильей. Хорошо?
«Отлично просто! А то мои запасы тают, тают, как мартовский снег!».
Они вернулись вовремя: в кабинете назревал скандал. Илья пытался воспрепятствовать артистам… пригубить по «маленькой».
- Так! Стоп! Илья, дай мне сказать, - вмешался сходу Калошин, - ребята! По стопке, и не больше! Всем понятно?
Директор махнул рукой, а народ одобрительно зашумел, стал активно двигаться, доставая из сумок бутерброды, какие-то конфеты и несколько бутылок коньяка.
Иван снова уселся на освободившийся стул, подвинулся к Варе:
- Хорошая моя! А ты – не хочешь тоже рюмочку пропустить, на разогрев?
Она засмеялась:
- Да какой сейчас разогрев? До выступления еще часа два, уже все выветриться успеет! Попозже – можно было бы, да эти пьянчуги разве оставят?
- А мы сейчас заначку сделаем! Ну-ка, хлопцы, вот-вот… Вот эту бутылку давайте мне. Это мы с Варенькой потом, перед выходом, для храбрости примем! Да, красавица? – и он прибрал за диван бутылку с двумястами граммов золотистой жидкости.
Как-то Иван позабыл про присутствие Киры и Зины. А последняя была явно недовольна. Услышав последние слова Ивана, она решительно поднялась с дивана:
