Вся кампания заметно захмелела. После следующего тоста Володя хлопнул в ладоши и громко сказал:
— Внимание! Я прочту вам маленькую юмореску, которую вчера сочинил. Он вытащил из кармана мятую бумажку, на которой большими буквами было написано: "ПРОЕЗДНОЙ", поднялся и начал читать:
"ПРОЕЗДНОЙ" (Инструкция). Правила пользования новым разовым самодельным билетом для проезда в автобусах, трамваях и троллейбусах города Москвы.
1. Проездной билет обратно не принимается;
2. Права на бесплатный провоз багажа не даёт;
3. Без печати действителен;
4. Запрещается пользоваться в метро;
Войдя в означенную выше транспортную единицу, пассажир обязан заявить орально о наличии билета, громко провозгласив: "Проездной!", и подняв таковой над своей головой. Цена билета равняется штрафу за безбилетный проезд, в Москве — 3 рубля 00 копеек. В случае появления контролёра, без наличия у пассажира означенной суммы проездной билет недействителен".
Володя сел, сразу схватился за свой бокал с вином. Молодежь засмеялась. Допив вино, Володя вытащил из кошелька трёхрублёвку и протянул Сашке:
— Это тебе за вино, старик!
— Неужели ты перешёл на прозу? — насмешливо спросила Надя.
— Да, вот решил испытать себя и в этом жанре…
— Значит, скоро будем ждать публикацию?
— Нет, меня при жизни вряд ли опубликуют…
Надя поднялась, открыла на радиоле крышку проигрывателя, поставила пластинку. Заиграл далеко несовременный вальс. Молодёжь разбилась на пары, стала танцевать.
Галя сразу же вплотную прижалась к Сашке, и ему стало от этого не по себе. Её стройное живое тело, с изящной талией, спина, с застёжкой на лифе, к которым прильнули его руки, и волосы, издававшие какой-то обворожительный женский запах, — всё это заставило Сашкино сердце часто забиться, так что он почувствовал прилив крови к вискам.
Володя с Надей исчезли на кухне. И тогда к Сашиной щеке прильнула щека Галины, их губы встретились, и уже прервав танцевальные движения и забыв обо всех приличиях друг перед другом, оба стали страстно целоваться.
Володя с Надей всё не появлялись. Саша с Галиной ненасытно целовались. Пластинка кончалась, и звукосниматель начинал скоблить по бумажному кружку, страсть утихала, Галина начинала слегка сопротивляться. Они отрывались друг от друга, чтобы вновь включить музыку. Саша обнимал свою подругу, как бы приготавливаясь к танцу, но тут же замирал с ней в поцелуе.
— Ты — совсем ещё мальчик! Я не хочу тебя портить! — прошептала вдруг Галина, отстраняясь.
— Глупости! — воскликнул Сашка. — Ты меня не испортишь!
— Нет! Я не хочу тебя портить! — шептала женщина, прижималась к нему и начинала вдруг страстно целовать в губы, глубоко проникать в его рот своим языком.
— Ты так хороша! — прошептал Сашка, с трудом отрываясь от неё, чтобы перехватить воздух, — Я люблю тебя!
— Х…хы! — хмыкнула Галина, — Ты такой молоденький! Только не ругай меня потом…
Галина жила неподалёку от Нади. Они доехали до её дома на автобусе.
— Ты живёшь одна? — поинтересовался Саша.
— Нет, с матерью, — ответила Галина.
— А как она отнесётся ко мне?
— Никак.
Сашу смущало то, что они будут не одни. Но он решил во всём положиться на свою подругу. Ведь нельзя же было отступать назад!
Они тихо вошли в квартиру. Из комнаты женский голос спросил:
— Это ты?
И Галина грубовато ответила:
— А то кто же!
Она провела Сашку в другую комнату, а сама ушла на кухню. Остановившись посередине, он увидел кровать у окна, с неубранной постелью. Над нею, на стене, — оскал деревянной лакированной маски чёрта, с рогами. На подоконнике сидела пушистая сибирская кошка и неотрывно глядела на гостя. На письменном столе кучей были навалены книги. Книгами была заставлена и этажерка, стоявшая рядом, и — несколько стульев. Книги лежали в углу, на полу, и на подоконнике, вокруг кошки. Саша взял со стола одну, в старинном переплёте, и открыв, прочёл на титульном листе: "Новый Завет Господа нашего Иисуса Христа".
Вот она, эта книга, которую он давно искал и хотел прочесть! Но как об этом спросить у Галины? Уместно ли это сейчас? И будет ли тем более уместно потом? Он держал в руках книгу и не знал, как быть.
Пришла Галя с двумя чашками дымящегося чёрного кофе.
— Это всё твои книги? — поинтересовался Саша, не выпуская из рук Новый Завет.
Поставив кофе на край стола, где не было книг, Галя молча вытянула из Сашиных рук Евангелие и положила далеко в сторону, на этажерку.
— Нет! Это всё — моего мужа!
Она села на кровать.
