Подтолкнув Яси и Тис, гнолл направил их по ступеням к трону. Даже пустой, тот выглядел величественно и жутко, словно в камне жила могучая, но недобрая сила. По обе стороны от трона стояли две гноллы. Одеждой и лицом женщины-гиены были схожи, как капли воды. Яси остановилась перед ними в растерянности, не зная, какую следует приветствовать первой. Но принцессу дроу обмануть оказалось не так легко. Она прекрасно знала, что облечённых властью узнают вовсе не по одежде. Повадки и, самое главное, взгляды отличают властителей от тех, кто привык подчиняться всю жизнь. Посмотрев на гнолльих женщин внимательно, Тис без колебаний обернулась к одной из них, чуть склонила голову и присела в изящном поклоне: так традиции дроу предписывали приветствовать правителей. Однако высокое звание принцессы позволяло Тис стоять перед королевами в полный рост и не опускать перед ними глаз. С достоинством завершив поклон, дроу выпрямилась и произнесла:
— Приветствую тебя, сильнейшая, пусть тьма не застит твои глаза, а свет не слепит.
По дёрнувшейся морде Ондимбы Тис поняла, что приветствие пришлось той по вкусу. Но вопросительный взгляд, брошенный правительницей гноллов на Ахруша, заставил дроу задуматься. Что-то пошло не так.
— Почему она не с остальными? — спросила Ондимба строго.
Воин выступил вперёд, склонился в низком поклоне и начал рассказывать:
— Эта синяя — принцесса дроу, за неё можно получить хороший выкуп. А ещё ликана о ней волнуется. Вот, чтобы девчонка не сопротивлялась, мы и кольнули принцессу ядом. Ты велела не причинять ликане вреда, ну, мы и решили, что таким образом вернее заставим её пойти с нами без борьбы.
У Тис потемнело в глазах, когда она поняла, насколько её миссия близка к провалу. Никакие ухищрения не помогут освободить Яси, потому что именно она была настоящей целью гноллов, а дроу оказалась лишь приманкой. Перед глазами Тис встал образ отца, который рисковал жизнью, тайно выводя дочь из замка. Увы, она подвела и его, и прочих дроу: вместо того, чтобы сберечь последнюю надежду мира, завела её в ловушку. Ноги Тис подкосились, и она опустилась на колени.
Яси подбежала к ней, обхватила за талию, силясь поддержать. Тщетно, дроу даже не попыталась подняться. Яси что-то спрашивала, встревоженно заглядывая ей в глаза, но Тис уже не могла разобрать ни слова. Её накрыла темнота и звенящая тишина. Последнее, что она ощутила — прикосновение холодного камня к щеке.
Обмякшее тело Тис оказалось слишком тяжёлой ношей для невысокой и хрупкой Яси, и девочка осторожно опустила её на каменный пол. Гноллы молча наблюдали за происходящим со стороны.
Яси села возле Тис и заплакала, не утирая горючих слёз. За короткое время дроу стала ей дорога. Прежде у неё никогда не было старшей подруги, а матери своей Яси даже не помнила. «Неужели вот так всё и закончится? — думала она растерянно. — А как же слова матушки Рши? Она обещала нам помогать! Как там было: „из скорлупок сила“… И она сразу указала, что нужны маг, дроу и воин… А в последний раз что там было, когда погиб бедный Райлин?»
Яси изо всех сил пыталась вспомнить. За её спиной Ондимба — предводительница гноллов — отрывисто засмеялась. Девочка обернулась, и вдруг заметила, что по сравнению с другими людьми-гиенами, та была не серо-бурой, а… рыжей! И смеялась она, как-то странно морщась и держась за бок. Словно… словно… словно ей было больно!
«Боль вокруг смеётся рыжим», — вспомнилась фраза из последнего пророчества матушки Рши.
Там ещё было про многое, но Яси будто наяву услышала шелестящий шепот: 'Ночь и утро — цель дороги.
Зов в крови. Зови. Уроки… '
Получается, они должны были попасть в деревню гноллов, должны были оказаться под водой (об этом тоже Рша упоминала!) и сейчас нужна стойкость — «стоимость венца». И Ршу позвать каким-то образом. Яси заставила себя успокоиться, вытерла слёзы и поднялась на ноги. За отчаянием пришла злость, а с ней и необходимая смелость.
— Раз тебе так хотелось меня видеть, уважаемая Ондимба, вот она я. Но что бы там от меня ни было нужно, я тебе и полсловечка не скажу, если с моими друзьями хоть что-то случится! Прежде всего, Тис нужно противоядие! И мои друзья эльфы — не для еды, их следует оставить в покое!
С каждым Ясиным словом на морде предводительницы всё ярче читалось весёлое удивление. Если бы Яси не была так занята тем, чтобы казаться выше и увереннее, она бы заметила, как сзади к ней подобрались аж трое гноллов. Оскалив пасти и воинственно опираясь на все четыре лапы, они явно готовились к прыжку.
— Хватит! — голос гноллы был тихим, она подняла неожиданно голую лапу и махнула, глядя за спину Яси. Та обернулась, и оказалась нос к носу с зловонными клыками одного из воинов.
— Фу-у! — Яси брезгливо оттолкнула от себя гноллью морду. — Эльфы моются дважды в день. Люди мажут кожу чистым жиром и жуют стебли дикой мяты. Даже собаки чистят шерсть в горячей пыли и заботятся о чистоте зубов! А вы почему вонь разводите?
Тот, кто называл себя Нгоро, оторопел от такой наглости и глухо зарычал, роняя слюну. Шерсть на его загривке поднялась дыбом.
