Из-за ствола дерева, у которого стояла Тис, глядя на снующих по тропам поселения светлых эльфов, показалась лохматая лапа с двумя острыми когтями. В тени сверкнули отблески светила в восьми круглых глазах. Тис качнулась вперёд, уворачиваясь от второй когтистой лапы, вынырнувшей из кроны дерева и тянущейся к её плечу, и фыркнула:
— Я не могу взять тебя с собой, Винни! Светлые пугливы. Не капризничай.
В ответ на уверенные, спокойные слова хозяйки гигантский паук спрыгнул с дерева и обиженным котёнком ушёл в ближайшие кусты.
Тис вздохнула. Именно владельцы пауков, одних из давно разводимых тёмными эльфами животных-компаньонов, менялись из всех дроу в последнюю очередь. А когда это происходило, то была высока вероятность, что верный друг примет на себя часть безумия, разделит с хозяином мрачную ношу, но навсегда станет с ним одним целым.
Так появились первые драйдеры, существа, верхней половиной тела напоминающие эльфа, а нижней — гигантского паука.
Вскоре все, кто мог, завели себе пауков-компаньонов, чтобы не сойти с ума от набирающего обороты всеобщего одичания. А недавно драйдером обернулась сама Королева, и в истинной форме осталась лишь её старшая дочь, которая, однако, не стала следовать наказам матери.
Услышав переданное отцом пророчество шаманов, Тис решила покинуть родные края. Для верности, перед уходом она настояла на посещении шаманов лично, и ей показали видения будущего. В них чётко говорилось, что судьба мира, а значит, и всех дроу, зависит от одной маленькой девочки, принадлежащей к расе необычных людей.
— Я найду её, Винни, и вместе мы защитим наше будущее, — сказала эльфийка своему членистоногому другу, согласно зашуршавшему в кустах, и, накинув капюшон, вышла под лучи дневного светила.
Спустя пару мгновений Тис уже решительно двигалась по центральной тропе поселения светлых эльфов. Это среди дикого леса нужно прятаться, здесь же ей не грозила опасность. Прохожие поглядывали на дроу с удивлением и опаской, но пророчество шаманов Тёмного леса волновало Тис сейчас куда больше косых взглядов дневного народа.
Вдруг в маленьком домике, окружённом зарослями сирени, распахнулась дверь. На пороге показалась молоденькая человечка, невысокая, скуластая, в не по росту длинной рубахе. Девочка не стала тратить время на спуск по ступеням. Вместо этого она, высоко подобрав подол, спрыгнула с крыльца прямо на тропу и побежала в сторону Тис, громко крича: «Мастер, на помощь! Беда!»
«Что там? Уже беда? Я опоздала⁈» — Тис заступила шумной человечке дорогу, придержала её за плечи и строго спросила:
— Что случилось? Говори по делу.
— Вааа… Не задерживай меня, дева-воин, у нас тут беда-беда! Мне нужно скорее…
— Беда? Какая?
— Ошия ушла на тропу предков, а тело её превратилось в дерево! Но прежде Полуденный змей сказал её устами: две луны, кровь, тоска! Ай-вэй, всё плохо! — и, вырвавшись из рук Тис, девчонка помчалась дальше по тропе.
Тёмная эльфийка застыла на месте. «Похоже, предзнаменование получили не только дроу. А это значит, что всё действительно очень плохо… Сольюсь с тенями, — решила она, — понаблюдаю, послушаю. Не стоит принимать решение в спешке. Взгляну на ту деревянную… хм. Разузнаем, в общем, откуда бежала девочка».
Между тем к домику в сиренях начали собираться жители посёлка. Тис нырнула в тень, стараясь не привлекать к себе внимания, но в то же время внимательно слушая все разговоры. Так она узнала, что халупа в кустах — всего лишь местная лечебница. Говорили, что нынче на рассвете здесь умерла девочка. Она была единственной сестрой помощницы целителя, и та, бедняжка, должно быть, от горя помутилась рассудком.
Вскоре явился и сам целитель. Мастер Элерим оказался светлым эльфом, как и большинство жителей этого посёлка. Он был высок ростом, пепельноволос и, судя по всему, давно утратил способность удивляться новостям. Девочка тянула его за руку, размазывая по щекам слёзы, без остановки твердила что-то про кровь, две луны и полуденного змея, а он шагал себе по тропе так чинно и неторопливо, словно совершал обычную утреннюю прогулку. С тем же невозмутимым спокойствием целитель проследовал за помощницей-человечкой в лечебницу и закрыл за собой дверь.
Высокие сводчатые потолки центрального зала Ордена Стихий, главной обители светлых эльфийских магов, впечатляли всех, кто видел их впервые, однако привыкнуть к ним было непросто даже тем, кто провёл под их сводами много лет. Монументальные арки тёплого светло-бежевого цвета поднимались ввысь, словно стремились дотронуться до небес, и в их старания охотно верилось. Творение древних зодчих выглядело столь изящным и лёгким, что непривычному наблюдателю здание главной крепости Ордена Стихий казалось сделанным не из прочного мрамора, а из озарённых солнцем облаков. Райлин шагнул на будто нарочно ярко освещённое солнцем пространство между скамьями и с трудом сглотнул густую от волнения слюну. Сильнейшие маги эльфийского народа глядели на него со всех сторон, кто равнодушно, кто строго, а кто и с откровенной скукой.
