– Ты наделила мою жизнь смыслом. Раньше моей целью было избегать проблем и защищать себя. Я находился в обороне и уклонялся от всего, что могло быть чревато опасностью. Ты научила меня идти вперед, рисковать. Благодаря тебе я понял, что жить по-настоящему можно только за пределами своей зоны комфорта.
– А ты научил меня доверию, – отвечает ему Алиса. – Я всегда думала, что быстрее добьюсь результата сама, когда никто не путается под ногами… Ты показал мне, что хорошая компания – способ добиться большего.
– Теперь смысл моей жизни – это рисковать, ставить под сомнение и преодолевать свои ограничения, – задумчиво сообщает он.
– А мой не изменился: это – эволюция человечества, при которой оно сможет преодолевать любые испытания.
Симон показывает украдкой на их дочь Офелию, жующую конфеты и беседующую с Гермесом, Посейдоном и Гадесом. Эти четверо держатся обособленно от остальных.
– По-моему, наша дочь уже считает гибридов равными себе.
– Идем! – Алиса тянет Симона за собой.
Родители подкрадываются к дочери, чтобы подслушать разговор. Все четверо вытянули перед собой правую руку, сжав кулак, так что получился крест.
– Шесть! – говорит Гадес.
– Восемь, – говорит Гермес.
– Пять? – неуверенно предлагает Посейдон.
– Что думаешь ты, Офелия?
– Я, пожалуй, выскажусь за семь.
О чем это они?
Четверка дружно разжимают кулаки. У каждого на ладони камешки. После подсчета Гермес объявляет:
– Пять! Выиграл Посейдон.
Тот кладет на пол один камешек, и игра продолжается: все называют по очереди цифры.
– Что у них за игра? – спрашивает шепотом Симон.
– Кажется, я знаю. Это древняя забава под названием «три камешка». Каждый прячет в кулаки камешки, от нуля до трех. Надо угадать количество. Выигравший кладет на землю один камешек, и игра возобновляется. Выигравший трижды остается без камешков, победитель – он. Вроде бы просто, но нужно много интуиции и психологии.
Алиса и Симон продолжают наблюдать за маленькой группой.
– Думаю, они могут многому нас научить, – говорит Алиса. – Во всяком случае, Офелия преспокойно беседует с ними, как с… как с обыкновенными людьми.
– Ты удивлена?
– Вообще-то да… Мы сами их сделали, но я никак не уговорю себя, что они такие же, как мы.
– Это потому, что мы – их создатели, – объясняет Симон. – Наверное, лучше забыть об этом этапе их существования и видеть в них просто друзей нашей дочери.
Похоже, Посейдон выиграл еще раз. Четверка спорит на какую-то важную для них тему.
Алиса и Симон подходят еще ближе.
– …Меня бы это удивило, – говорит Посейдон.
– А я совершенно уверена, – возражает Офелия.
– Невозможно! – говорит Посейдон.
– По-моему, это маловероятно, – сомневается Гермес.
– Зависит от того, сколько вам известно, – рассуждает Гадес.
– Ни за что! – восклицает Посейдон. – Впрочем, надо бы для начала проверить.
– Вам подавай доказательство? – спрашивает Офелия.
– Конечно.
– Показывай. Только этого и ждем.
– Смотрите внимательно.
Офелия тянется к Посейдону и целует его в губы.
Двоим другим смешно, они требуют того же. Офелию не приходится долго просить.
Справившись с неожиданностью, Алиса размышляет:
Жан Батист Ламарк – автор концепции трансформизма.
Он делает карьеру в армии, потом покидает ее и увлекается медициной и ботаникой. В 1779 г. он публикует «Флору Франции»[38], труд, в котором выводит несколько правил, позволяющих легко определять цветы и другие растения. Книга имеет большой успех. Его принимают в академию наук и делают «профессором естественной истории насекомых и червей в Королевском саду».
Занимая этот престижный пост, он создает в Париже Музей естественной истории, преподает зоологию позвоночных, которых начинает распределять по категориям и классифицировать. Тогда же он развивает концепцию трансформизма: виды становятся сложнее, разнообразнее и увеличивают свою специализацию, изменяясь со временем и по мере трансформации среды обитания.
В 1809 г. Ламарк публикует свою «Философию зоологии»[39]. В ней он излагает свою теорию эволюции видов посредством внутреннего преобразования:
