Алиса горестно вздыхает.
– Прямо как дети: стоит матери отлучиться, как вспыхивает драка.
– Нет, Матушка, все гораздо хуже, уверяю тебя…
– Пожалуйста, дорога каждая минута! – молит посланец.
– Раз такое дело, я не могу отказаться.
– Прямо сейчас, чтобы не опоздать! – изнывает Диггер.
– Я с тобой! – говорит Бенджамин.
– Нет, лучше я одна.
– Хотя бы возьми с собой солдат, так будет безопаснее…
– Это мои дети, одна я могу их примирить. Я их создала, мне и разбираться.
– Как ты туда попадешь?
– С помощью моего любимого способа перемещения – Соланж.
– Кто это?
– Замечательная женщина-Ариэль, моя подруга.
Квартал Ариэлей, бывшее гетто, за несколько лет полностью преобразился. Фасады домиков покрылись граффити, содержащие сцены из жизни их хозяев.
Алиса стучится в дверь. Ответа нет. Дверь не заперта, она входит.
Внутреннее убранство типично для Ариэлей: всюду изображения бабочек всех размеров и расцветок.
Со второго этажа доносится храп. Алиса поднимается по лестнице и заглядывает в спальню. Соланж спит вниз головой, рядом с ней храпит мужчина-Ариэль. При приближении гостьи крылья Соланж распахиваются – это похоже на треснувший баклажан. Появляется лицо подруги.
– Извини, Соланж, что беспокою тебя в такой ранний час, но мне понадобилась твоя помощь, – говорит Алиса шепотом, чтобы не разбудить спящего Ариэля, запахнувшегося своими крыльями.
Соланж отпускает ручку на потолке, за которую держалась, и изящно опускается на пол. Она показывает жестом, что им лучше выйти, чтобы не тревожить спящего.
– Хочешь покататься на лыжах? – спрашивает она.
– Какое там! У Наутилусов и Диггеров дошло до прямого столкновения. Мне срочно надо в Кукуфас. Я предпочитаю лететь с тобой.
Соланж тяжело дышит, осознавая важность предстоящей миссии.
– Чур, ты расскажешь мне по пути о своей личной жизни, а я тебе – о своих приключениях.
– О приключениях? – удивляется Алиса.
– Как ты знаешь, я не только крылатая, но и ветреная. Обожаю менять партнеров. Этот, храпун, мне уже надоел. Когда вернусь, поставлю его перед фактом: его время истекло.
Беседа не мешает утреннему туалету Соланж. Он завершается лизанием конечностей, чему способствует длина ее языка.
– Сколько километров до Кукуфас?
– Не меньше семисот.
Соланж накидывает белую куртку, не стесняющую движений крыльев, собирает рюкзак.
Алиса явилась к ней в своем кожаном берете и в огромных очках авиатора 1920-х годов.
– Вперед! – командует она.
– Прямо так, не попрощавшись? – раздается голос позади них.
Алиса оглядывается на стоящего на лестнице невыспавшегося Ариэля.
– Извини, Жорж, важные дела, – отвечает ему Соланж.
– Даже не скажешь мне «пока»?
– Слушай, Жорж, ночь с тобой была что надо, но тебе лучше ко мне не привязываться. В конце концов, мы знакомы только со вчерашнего дня.
– Я успел тебя полюбить.
Алиса, не очень разбирающаяся в любовной психологии Ариэлей, предпочитает не вмешиваться в их разговор.
– Ну и что? Думаешь, достаточно признаться мне в любви, чтобы я стала твоей собственностью? Ты иногда ведешь себя, как… как…
Она ищет подходящее слово, которое не было бы обидным.
– …как Сапиенс, вот кто!
– Ты бессердечная, Соланж, – горюет крылатый мужчина.
– Ерунда, у меня есть сердце, поэтому я тебе сообщаю, что между нами все кончено. Это чтобы ты не страдал и не воображал про нас невесть что. Ну, ты готова, Алиса? Можем стартовать.
Обескураженный Ариэль не знает, что ответить.
Алиса и Соланж выходят на террасу. Соланж дожидается порыва попутного ветра, чтобы взлететь, зажав пассажирку задними конечностями. Они оставляют позади Валь Торанс и берут курс на равнину.
Внизу чередуются долины, леса, реки, поглощенные сорняками деревни. Алиса наслаждается хлещущим ей в лицо ветром, над ней простерлись длинные крылья, Соланж парит в восходящем теплом потоке.
– Сурово ты обошлась со своим партнером, – заводит разговор Алиса.
– Лучше так, чем его фантазии, что мы проживем остаток жизни вместе. Мы не Сапиенсы. У вас есть вроде поговорка: лучше сразу отрубить собаке хвост, чем кромсать по частям.
Они летят на запад.
– Твоя цель – помирить Наутилусов и Диггеров? – интересуется Соланж.
– У них там кризис подросткового возраста. Они самоутверждаются, закрепляя свою идентичность и сталкиваясь с враждебными силами. Насилие – часть процесса созревания. Только бы они не застряли в фазе разрушения. Мне надо помочь им сделать шаг вперед и продолжить развиваться.
– Уверена, у тебя получится, Матушка.
