– Передай, что приеду, как только смогу, сегодня. Лишь бы не пристрелил по дороге какой-нибудь ретивый полицейский…
– Нет, с этим все в порядке! Розыск официально отменили.
– Машину прислать сможете? Через час, скажем.
– Сейчас узнаю… Так… У нас на одного водителя меньше, и его авто неисправно… Да, через час-полтора машина будет у дома.
– Водитель мне знаком?
– Конечно, и он вас знает. Смоки, помните такого?
– А, темноволосый красавчик с длинными усами?
– Да, он еще их иногда криво закручивает…
– Понял, жду! – и я повесил трубку.
Над усами Смоки потешались все, кому не лень, но парень стойко переносил насмешки коллег. Главное – верить, что это украшение добавляло ему неотразимости в глазах его многочисленных подруг. (По крайней мере, он так рассказывал, хе-хе…) Но красота отказывалась подчиняться насилию, и чаще всего один из усов бодро торчал вверх, а другой свисал, как гусеница с ветки. Вообще-то, об этой достопримечательности Конторы мог узнать еще кто-нибудь, но окончательно поддаваться паранойе я пока что не собирался.
– В Контору звонил? – жена, как всегда, догадалась обо всем.
– Ну да. Хочу восстановить свое доброе имя.
– Этим еще вчера занималась Меган. В утренних газетах вышла статья о поспешных действиях полиции, едва не пристрелившей невиновного.
– Меня, что ли?
– Скажем так – фамилия там не указана.
– Ну надо же…
– У тебя такие замечательные друзья, а ты их не ценишь…
– Почему это не ценю? Очень даже…
Я притянул Клер к себе и попытался ее поцеловать, но она отвернулась.
– Твоя… демоническая подруга… целый час меня вчера дергала.
– Как? Она же далеко отсюда…
– Неважно. – При этом Клер машинально потерла руку, где под рукавом платья угадывался подаренный Хозяйкой браслет.
– И что она тебе сказала?
– Чтобы я перестала маяться всякой ерундой. Но я же не могу вот так, в один момент, взять – и перестать ревновать!.. – Тут она вздрогнула и потерла руку. Ясно, напоминание пришло… – Пусть даже это вовсе и не человек…
Но в этот момент ее щеки заметно покраснели, она вдруг прижалась, чмокнула меня в щеку и стремительно убежала наверх по лестнице. Ничего не понимаю…
Дожил, господин специальный агент – за тебя перед женой уже демоны заступаются, надо же…
Если меня ждут в Конторе, надо бы переодеться. Или хотя бы взять одежду из шкафа. А для этого придется войти в спальню…
Вошел, но ничего страшного не случилось. Клер сидела за своим столиком и наводила красоту – причесывалась.
Я подошел, решительно положил руки ей на плечи и поцеловал в макушку. Она не отстранилась.
– Хотелось бы сводить нашу знакомую в театр, на какой спектакль посоветуешь?
– Наверное, на классику. И лучше – на комедию. С остальными жанрами она сможет разобраться позже, если захочет.
– А в синематограф?
– Нет, сначала – в театр! Только я сама выберу, куда именно. Как раз хотела появиться в обществе… Все, ты переодеваться пришел? Так займись делом, за тобой скоро приедут!
Смоки был сегодня явно не в форме – оба его длинных уса висели, будто намоченные дождем. Глаза у него красноватые, наверное, мало спал ночью.
– Привет! Как там дела?
– Привет! Да пока разобрались, тебя там вспоминали каждые несколько минут. Никто из наших не поверил, что это мог сделать ты.
– Спасибо…
– Этого мало, лучше найди того, кто это сделал.
– А полиция что говорит?
– Полиция… – Он хмыкнул. – Они теперь и не знают, что говорить. Подробностей мне не рассказывали, но у нас даже последний уборщик знает, что тебя хотели подставить.
– Вот как…
– А как еще… В Конторе дураков не держат.
– Слушай, а почему в тот день… Когда все случилось… В здании почти никого не было?
– Так ведь тренировочный день, или ты не в курсе? Все на стрельбище поехали, за город. Какая-то внеплановая проверка, чтоб им всем, этим проверяющим… Босса вызвали в управление, у них вопросы появились, или что, не знаю. Он мне не рассказывал, сам понимаешь.
Я согласно кивнул. Ну да, главные фигуры о своих передвижениях младшим не отчитываются…
Эх, день-то сегодня какой! Яркое солнце, красивые девушки в своих экстравагантных нарядах. В этом сезоне модны круглые темные очки, украшенные всякой фигней типа декоративных шестеренок. Во многих случаях это очень даже симпатично… Да, чуть ли не полная безмятежность… И никто из прохожих даже не подозревает, что мне пришлось пережить за эти дни…
Дежурный чертиком выскочил из-за стола, когда я вошел в холл первого этажа Конторы.
– Наконец-то! Босс звонит чуть не каждые пять минут…
– Понял, иду… Как у него настроение?
– Хорошее, насколько возможно… – Он чуть помрачнел. Ну да, несколько застреленных сотрудников не позволяют радоваться.
– Все, я пошел, звонить не надо…
Секретарь, увидев меня в дверях, сразу же поднял трубку телефона, сказал пару слов и, услышав ответ, рукой показал мне на дверь в кабинет босса.
– Вы даже не представляете, как я рад вас видеть! – Мистер Мак-Кинли рванулся ко мне навстречу, как атлет со старта. – Надо же, такое случилось… А меня здесь не было…
– Наверное, это к счастью. Не исключено, что планировалось покушение именно на вас. Но вы куда-то уехали…
