Врата, знаешь? А в Хатре я и не был никогда...
- Ну а к Мигросу чего?
Пёс нахохлился и опустил уши.
- А ну их... - проворчал он и осторожно потрогал закопченный бок чайника.
В караулке повисло напряжённое молчание, нарушаемое сиплым пением греющегося
чайника и потрескиванием огня.
- Ну, а тебе чего пятнистый наш наобещал?
- Ничего пока...
- Так не бывает. - отрезал ликаон, - Служить приходят чтобы заиметь свою землю,
безнаказанно грабить чужую, спрятаться от мести или долга, и с горя, если девка бросила.
Э-э! Я угадал? Угадал. По глазам вижу. - рябой хитро ухмылялся, - Расскажи.
- Нет. - Рохом отвернулся. Барс был уже не рад, что связался с псом. Ликаон же, терпеливо
ждал не сводя с барса внимательных, светло карих глаз.
Закипел чайник. Урсаг очнулся и торопливо снял его с огня. Вместо матара в кружку Рохома
полилась мутная густая тёмно-коричневая жижа. Запахло шиповником.
- Ночь долгая, Рохом. Поделись с Урсагом. Урсаг останется нем, как могила. Расскажи, легче
станет.
И тут Рохома будто прорвало. Рассказал он и об отце с матерью, и об одноглазом волке, и о
Руте...
Урсаг слушал напряжённо и очень внимательно. Большие уши его слегка подрагивали,
влажные чёрные ноздри взволнованно шевелились. Рябой почти не мигал, и от этого Рохому
вначале сделалось неуютно, но к тому времени, как он закончил рассказ, что-то тяжёлое,
холодное и влажное отпустило его сердце. Барс горько вздохнул и взял в ладони горячую
кружку.
Ликаон же долго молчал, кивая в такт мыслям.
- Четыре дня, говоришь... Ворон дохлый... - он угрюмо уставился на синие язычки пламени
в рдеющих углях. - Сдаётся мне, плохо ты знал её, Рохом...
Бросив на Урсага взгляд исподлобья, Рохом поднялся на ноги, взял копьё и направился к
двери.
- Хороший ты, Рох. Заглядывай ко мне. Дец Волчий Клык. Седьмой ярус, малый южный
коридор, третья дверь слева...
Морозный воздух оказался как нельзя кстати. После стряпни Урсага барса немного
клонило в сон. Широко зевнув, Рохом энергично потёр уши и толкнул ногой тяжёлую дверь,
ведущую к западной башне. Факел, освещавший лестницу, что вела на смотровую площадку,
видимо задуло ветром. Впрочем, это не помешало барсу заметить серую тень метнувшуюся
прочь от бойницы.
- Кто? - спросил Рохом. Ему не ответили.
- Кто?! - рыкнул Барс, и взял копьё наперевес, - А ну, выйди на свет!
Ниша под лестницей пробурчала что-то невразумительное.
- Перк? - насторожился Рохом.
- Ага. - вновь ответила ниша голосом медведя.
- Так выходи!
Рохом поднял фонарь.
В темноте шумно завозились. Затем в пятно света выплыла необъятная туша гризли.
- Ближе, я сказал! - барс начал злиться.
Прислонив копьё к стене, Рохом шагнул вперёд, схватил медведя за грудки, рывком
притянул к себе и осветил фонарём.
Левый глаз гризли заплыл, правая щека была покрыта коркой запёкшейся крови, правый
рукав салакаша отсутствовал.
Барс недоверчиво потянул носом.
- С такой рожей да трезвый... -
- Знал бы, что так выйдет - выпил бы! - Перк отодвинул Рохома в сторону и устало
опустился на ступеньку.
- Кто такая? Зовут как? - заинтересовался барс.
- А, не знаю, Рох. С юга вроде, здоровая, бурая... не помню как называется... нильгу...
нильге...
- Нильгау.
От неожиданности Рохом едва не уронил фонарь а гризли чуть не загремел с лестницы.
Бесшумно выплывший из темноты Фархад сдвинул на затылок капюшон своего чёрного
вязаного салакаша.
- Беседуете? - вкрадчиво поинтересовался гепард.
- Выслушиваю наставления децара Перка о ночной караульной службе, в Рамире.
Перк важно кивнул.
- У него большой опыт в этом... - проворчал гепард, - кто разводит охрану?
- Децар Келлих, волк.
- Факелы в южной галерее?
- Горят. - Рохом посторонился пропуская Фархада.
Проходя мимо Перка, гепард подозрительно принюхался, фыркнул и, потеряв к ним интерес,
исчез за дверью.
Хорошенько двинув гризли древком копья по ягодицам, Рохом устало поплёлся вверх по
лестнице, на крепостную стену. Добравшись до смотровой площадки на северной башне, он
замер напряжённо ожидая - не мелькнёт ли на тёмной стене фонарь разводящего.
Ждать пришлось недолго.
Спустившись на ярус ниже, Рохом повесил фонарь на крюк вбитый в стену, свернул в
северный коридор и привычно направился к двери своего деца.
У порога он заметил мешок. Старый заплечный мешок из грубой серой кожи, какие обычно
носят с собой наёмники. Рохом тронул его ногой, затем поднял, взвесил в руке. В мешке с
глухим стуком перекатилось что-то тяжёлое. Барс толкнул дверь плечом. В пещере было
темно и тихо. Красный отблеск тлеющих в очаге углей дрожал на стенах.
- Рох?
- Офар?
Возле очага шевельнулась коренастая тень.
- Как ночка?
- Холодно. - Рохом снял плащ и повесил его возле очага, - Не завидую тем, кто сейчас в
дозоре у ворот или на мосту. Да, вот мешок нашёл.
- Мешок? - лис Хизаг высунул нос из-под облезлого заячьего пледа.
- Прямо у порога валялся...
- Ты поднял его?! - отшвырнув плед, лис рывком поднялся на ноги, - Я глазам не верю, Рох!!
- Глаза Хизага горели. Послышалось недовольное ворчание - это проснулись разбуженные
криком Хизага наёмники. В дальнем углу, у входа заколыхалась груда линялого меха. Затем,
