У Оззи был один-единственный дознаватель, и никакого другого он не хотел бы. Кирк Рейди являлся ветераном департамента и пользовался всеобщим уважением. Оззи умел отыскивать факты лучше большинства шерифов, и на пару с Рейди они справлялись с большинством серьезных преступлений в округе.
В понедельник ровно в четыре часа они пришли на работу к Джейку и поздоровались с Порсией. Та с присущим ей профессионализмом попросила их немного подождать.
Шериф, считавший теперь, что сражается с Джейком, гордился тем, что в одной из юридических контор на главной площади трудится умная и целеустремленная чернокожая девушка. Он знал Порсию и ее семью и был в курсе ее планов стать первой в округе чернокожей женщиной-адвокатом; с таким наставником, как Джейк, она уверенно шла к успеху.
Вернувшись, Порсия направила их к одной из дверей дальше по коридору. Войдя, шериф и дознаватель увидели, что адвокат в комнате не один. Поздоровавшись с ними за руку, он представил им Джози и Киру Гэмбл и их священника Чарльза Макгерри. Все трое расположились по одну сторону стола. Джейк предложил Оззи и Рейди сесть напротив. Порсия закрыла дверь и устроилась рядом с Кирой. Судя по открытым блокнотам, полупустым чашкам с кофе и бутылкам с водой, по разбросанным по столу ручкам и по ослабленному галстуку Джейка, адвокат уже провел со свидетелями немало времени.
Шериф не видел Джози с тех пор, как ненадолго заглянул к ней в больницу на следующий день после убийства, неделю назад. Джейк говорил ему, что операция прошла успешно и Джози поправляется. Ее левый глаз оставался заплывшим, синяк не прошел, челюсть слева была опухшей, пострадавшая еще не могла обойтись без повязки на лице. Она пыталась вежливо улыбаться, но получалось у нее неважно.
После короткого натужного разговора Джейк нажал кнопку на стоявшем посредине стола магнитофоне и спросил:
– Не возражаете, если я буду записывать?
– Нет, – пожав плечами, ответил Оззи.
– Да, но допрос станете вести вы. Не знаю, принято ли у вас делать это под запись.
– Иногда под запись, иногда нет, – промямлил Рейди. – Что у нас не принято, так это допрашивать свидетелей в кабинете адвоката.
– Мне позвонил шериф, – возразил Джейк. – Это он попросил меня организовать такой разговор. Если хотите, можем переместиться куда-нибудь еще.
– Нам и здесь хорошо, – произнес Оззи. – Записывай, что хочешь.
Джейк назвал дату, место, имена всех присутствующих. Когда он закончил, шериф сказал:
– Теперь о ролях всех собравшихся. Мы – сотрудники, расследующие преступление. Вы, две леди, – потенциальные свидетели. Какова ваша роль, пастор Макгерри?
– Я просто водитель, – с улыбкой сообщил Чарльз.
– Ну и хорошо. – Оззи взглянул на Джейка. – Он должен здесь находиться?
– Сам решай, шериф. Допрос провожу не я. Я просто ему поспособствовал.
– Я бы предпочел, чтобы вы вышли, – обратился Оззи к пастору.
– Никаких проблем. – Чарльз снова улыбнулся и покинул помещение.
– А ты, Джейк? Ты же не представляешь этих двух дам, насколько я понимаю?
– Технически – нет. Меня назначили представителем Дрю, а не его семьи. Однако, если считать, что рано или поздно будет судебный процесс, Джози и Кира выступят на нем важными свидетелями – штата или защиты. Я, возможно, останусь адвокатом, а их показания могут иметь ключевое значение. А значит, для меня представляет большой интерес то, что они вам скажут.
Оззи не был юристом и не собирался спорить с Джейком Брайгенсом о стратегии процесса.
– Мы можем допросить их без тебя?
– Нет. Я уже дал им совет не сотрудничать с властями в мое отсутствие. Как ты знаешь, вы не можете заставить их говорить. Вы можете вызывать их в суд повесткой, но заставить их говорить сейчас – нет. Они всего лишь потенциальные свидетели. – Тон Джейка стал агрессивнее, слова резче. Напряжение ощутимо усилилось.
Порсия, ведя запись, подумала: «Жду не дождусь, когда сама стану адвокатом!»
Все перевели дух. Шериф изобразил лучшую политическую улыбку, на которую был способен, и произнес:
– Ладно, начнем.
Рейди открыл блокнот и улыбнулся Джози – так бездарно, что Джейку захотелось его пнуть.
– Сначала, мисс Гэмбл, – начал Рейди, – хочу вас спросить, способны ли вы говорить, и если да, то как долго? Как я понимаю, вас прооперировали всего несколько дней назад.
Джози неровно кивнула и ответила:
– Спасибо, я в порядке. Сегодня утром сняли швы и удалили проволоку, так что я могу немного говорить.
– Вы испытываете боль?
– Не так, чтобы очень.
– Вы принимаете обезболивающие?
– Только ибупрофен.
– Хорошо. Предлагаю начать с вашего прошлого, если не возражаете.
– У меня есть предложение, – вмешался Джейк. – Сейчас мы составляем полную биографию семьи Гэмблов: даты и места рождения, адреса, браки, работа, родственники, судимости, все-все. Что-то они помнят хорошо, что-то не очень. Все это нам нужно. Это приоритетное задание поручено Порсии. Когда она закончит, мы предоставим экземпляр вам. Ничего не утаим. Если после прочтения вы захотите снова допросить данных свидетелей, мы это обсудим. Так мы сэкономим сегодня как минимум час и ничего не пропустим. Согласны?
