| New York remained forever puzzled over the affair; nor could it hit upon a rational explanation. | Весь Нью-Йорк ломал голову над этой загадкой, но так и не нашел разумного объяснения. |
| By all rights, Burning Daylight should have gone broke, yet it was known that he immediately reappeared in San Francisco possessing an apparently unimpaired capital. | Кто мог сомневаться в том, что Время-не-ждет обанкротился? А между тем стало известно, что он уже снова появился в Сан-Франциско и, по всей видимости, ничуть не беднее, чем уехал. |
| This was evidenced by the magnitude of the enterprises he engaged in, such as, for instance, Panama Mail, by sheer weight of money and fighting power wresting the control away from Shiftily and selling out in two months to the Harriman interests at a rumored enormous advance. | Об этом свидетельствовал размах его финансовых операций, в частности борьба за Панама-Мэйл, когда Харниш в стремительной атаке обрушил на Шефтли весь свой капитал и тот вынужден был уступить ему контрольный пакет, а через два месяца Харниш перепродал его Гарриману, сорвав на этом деле огромную прибыль. |
| CHAPTER V | ГЛАВА ПЯТАЯ |
| Back in San Francisco, Daylight quickly added to his reputation In ways it was not an enviable reputation. | По возвращении в Сан-Франциско Харниш быстро приобрел еще большую славу. В известном смысле это была дурная слава. |
| Men were afraid of him. | Он внушал страх. |
| He became known as a fighter, a fiend, a tiger. | Его называли кровожадным хищником, сущим дьяволом. |
| His play was a ripping and smashing one, and no one knew where or how his next blow would fall. | Он вел свою игру неумолимо, жестоко, и никто не знал, где и когда он обрушит новый удар. |
| The element of surprise was large. He balked on the unexpected, and, fresh from the wild North, his mind not operating in stereotyped channels, he was able in unusual degree to devise new tricks and stratagems. | Главным его козырем была внезапность нападения, он норовил застать противника врасплох; недаром он явился в мир бизнеса с дикого Севера, - мысль его шла непроторенными путями и легко открывала новые способы и приемы борьбы. |
| And once he won the advantage, he pressed it remorselessly. | А добившись преимущества, он безжалостно приканчивал свою жертву. |
| "As relentless as a Red Indian," was said of him, and it was said truly. | "Беспощаден, как краснокожий", - говорили о нем; и это была чистая правда. |
| On the other hand, he was known as "square." | С другой стороны, он слыл "честным". |
| His word was as good as his bond, and this despite the fact that he accepted nobody's word. | Слово его было так же верно, как подпись на векселе, хотя сам он никому на слово не верил. |
| He always shied at propositions based on gentlemen's agreements, and a man who ventured his honor as a gentleman, in dealing with Daylight, inevitably was treated to an unpleasant time. | Ни о каких "джентльменских соглашениях" он и слышать не хотел, и тот, кто, заключая с ним сделку, ручался своей честью, неизменно нарывался на неприятный разговор. |
| Daylight never gave his own word unless he held the whip-hand. It was a case with the other fellow taking it or nothing. | Впрочем, и Харниш давал слово только в тех случаях, когда мог диктовать свои условия и собеседнику предоставлялся выбор - принять их или уйти ни с чем. |
| Legitimate investment had no place in Daylight's play. It tied up his money, and reduced the element of risk. | Солидное помещение денег не входило в игру Элама Харниша, - это связало бы его капитал и уменьшило риск. |
