Сол Лиссири вскинул голову и посмотрел испуганно, как маленький зверек, загнанный в ловушку. На миг его взгляд затуманился, как будто он смотрел сквозь меня… или внутрь меня. А потом он охнул.
— Ваш Дар! Он только успокоился. И… как будто стал сильнее, — Сол нахмурился. Все отлично знали, что такого не бывает, Дар у человека от рождения, просто проявляется со временем.
— Всё, — грубовато прервал придворного мага Алавар. — Брысь отсюда. Я с тобой еще потом поговорю.
Сол Лиссири не заставил себя просить дважды. Он быстренько вынырнул из кресла и скрылся за дверью.
— Он либо идиот, либо предатель, — сказал Алавар. — Ставлю на идиота.
— Ты слишком строг.
— Он — придворный маг, Киран. Один такой тут уже был, что закончилось смертью короля и брешью в защите Храма. Но могу сказать точно: Верховный Маг Нира Ялавари проявила потрясающее непочтение, когда подсунула Сола Лиссири.
Я и сам об этом думал. Правда, из-за событий сегодняшнего дня совсем забыл о Ялавари — но маги обычно и не вмешивались в дела благородных Домов. Хотя в последнее время всё шло не так.
Алавар поднял руку и вопросительно посмотрел на меня: после слов Лиссири он хотел снова проверить мой Дар. Я не отказывался, только пожал плечами. Печать вспыхнула и осыпалась пеплом, даже не будучи законченной до конца.
— Похоже, болотник высвободил скрытые резервы Дара, — вздохнул Алавар. — Надеюсь, у тебя получится держать эту силу под контролем. Не хочется проснуться в руинах, знаешь ли.
Он, конечно, преувеличивал, даже короли-колдуны не были способны разрушать замки. Но все-таки я понадеялся, что в ближайшее время ни Таль Мар-Шайал, ни кто-либо еще не начнут провоцировать уже меня.
— Будешь что-нибудь?
Я покачал головой, и Алавар отвернулся к столу, наливая себе из кувшина.
— Почему ты не сказал сразу? Про мою мать.
Он пожал плечами. Потом повернулся, присел прямо на стол. Из его кубка пахло чем-то терпким и ягодным.
— Хотел сначала узнать тебя получше. Выросшего тебя.
— И многие в курсе?
— Многие догадываются. Когда беременность моей тетки нельзя было скрывать, сам король отправил ее прочь из замка. Она умерла не здесь. А потом вернулся только младенец, которого его величество тут же признал как сына. Конечно, многие смогли сложить факты воедино. Но большинство думает, что ты сын какой-то местной безродной аристократки. Правду знает только мой отец, я и брат.
— Но ты рассказал мне.
— Думаю, это справедливо. К тому же… Авеналира Вейн хоть и была законной дочерью моей бабки, но ходило множество слухов, что ее отец вовсе не мой дед, а кто-то из королевской семьи.
Я не стал возражать, что слухи о происхождении — это сплетни, без которых не обходятся ни одни посиделки благородных дам. И если верить каждому, то почти ни у кого нет детей от законных супругов.
Но все-таки сделал себе мысленную заметку на будущее просмотреть генеалогические древа.
— Я не верю Таль, — Алавар как будто вернулся мысленно к Солу Лиссири. — У нее нашли пузырек, учитывая, сколько она влила в твой бокал… возможно, не знала, сколько ты выпьешь, хотела, чтобы достаточно было и глотка. А может, все-таки рассчитывала убить, так или иначе.
— Но она послала за тобой. И ты меня спас. Спасибо.
— Будем считать, что мы квиты.
Из его бокала так соблазнительно пахло ягодами, что я почти согласился попробовать — но слишком свежи неприятные воспоминания о том, когда наливаешь не сам.
— Я хотел еще попросить тебя, — сказал я. — Посмотреть артефакты, что дал Таль ее отец. Только аккуратно. Мало ли что он мог дать под видом побрякушек.
— Конечно. Но Таль не будет рада моему вмешательству.
— Вы знакомы?
— Не очень хорошо. Но мы с братом бывали с дружескими визитами у Мар-Шайалов. Таль считает меня высокомерным ублюдком. Слышал, Джагена вернули в замок?
— Да. Его человека допросят.
— Если будет нужен маг, я готов.
Хотелось сказать, что не готов я, но у меня оставались более насущные вопросы. Точнее, только один, который я откладывал и откладывал, но больше не было возможности:
— Что ты знал о заговоре?
Алавар на удивление легко пожал плечами:
— Почти ничего. Только то, что он есть.
— И твой брат в нем участвует.
— Мой брат ему симпатизирует. Ты же помнишь увальня Веснера? Да он с места не сдвинется, чтобы в чем-то участвовать. Тем более он наследник Вейнов. И любит жену и детей, не стал бы рисковать.
— А твой отец?
— Он ничего не знал.
Я понимал, почему Алавар не рассказывал: раз не был в курсе деталей, то ничем помочь не мог. А вот ставить под удар брата из-за мнимого заговора, не хотел. К тому же я помнил Веснера, слова Алавара звучали справедливо. Хотя я бы не стал сбрасывать Веснера Вейна со счетов.
Алавар сделал очередной хороший глоток из бокала, поставил его на стол и оттопырил три пальца:
— Итак, Киран, думаю, стоит учитывать три внешние силы. Маги. Понятия не имею, на чьей стороне Нира Ялавари. Но среди магов Ордена точно есть предатели короны. Возможно, они имеют что-то против вас с Элерис конкретно, но я не знаю. Пока. Жрецы?
Он загнул два пальца из трех. Я пожал плечами:
— Новый Жрец поддерживает нас. Я ему верю.
