Сын: Что? Ну, после того, как я укололся, я был там, кажется, вчера вечером. Генри ещё не в курсе – я ещё поговорю с ним и попрошу у него ещё один шанс, если он не решит бросить общаться со мной, потому что я только болтовнёй и занимаюсь. Я бы смог удерживаться и не торчать, если бы постарался, но я ведь не стараюсь. Я ведь понимаю, что я не постоянно говорю то одно, то другое. И выходит, что я пытаюсь, но у меня никак не получается.
Кёршнер: Я тебя услышал.
Сын: Если бы вы могли ещё понять!
Кёршнер: Я понял.
Сын: Никто мне не верит, все говорят: «Он какой-то припадочный». Это знаете как говорят: «Я в дерьмо вляпался». И всё – всё пропало! (Сбрасывает с себя пиджак) Вот представьте – всё упало, как этот пиджак, брюки, вся одежда, я весь голый, как новорожденный, перед вами! Я как ребёнок, который говорит: «Я буду вести себя хорошо!» Вот и всё, вот так всё это и происходит.
Мать: Доктор, это у него психическое заболевание?
Сын: Да, я психбольной.
Мать: Я не могу в это поверить!
Сын: Это болезнь, такая болезнь.
Мать: Я не понимаю, почему так вышло!
Кёршнер: Погоди. Ты говорил, что твои родители не понимают, насколько тяжело тебе с этим справляться.
Сын: Так они и не понимают.
Кёршнер: Вы понимаете, как тяжело вашему сыну?
Мать: Не понимаю.
Сын: Они не понимают. Я люблю их, но…
Мать(прерывая его): Не может такого быть, чтобы мой ребёнок любил меня, как ты говоришь, и любил своего отца, и при этом хотел…
Сын (прерывает её, вскакивает и кричит): Но я забываю о тебе, когда я вижу своего ребёнка, по имени Героин!
К концу первого сеанса оказывается разработанной стратегия психотерапии данного случая. У психотерапевта уже неплохо простроенные отношения с семьёй и чёткий план работы. Его задача на первом этапе – заставить отца заниматься проблемами сына, а мать – заниматься отцом, и через него решать проблемы сына. Подобного рода перемены могут привести к нарастанию напряженности между супругами и появлению угрозы их расставания, на что сын, скорее всего, отреагирует декомпенсацией своего состояния. Задачей психотерапевта здесь должно быть укрепление психотерапевтического альянса родителей с ним и их отношений между собой, но работа при этом должна быть сфокусирована на том, ради чего семья пришла к психотерапевту: на проблеме наркомании.
На следующем сеансе психотерапевт встречается с одними родителями:
Кёршнер: Следующие четыре недели будут непростыми.
Мать: Для Джорджа?
