— Зачем это издевательство? — прямо и хмуро спросил Тсан, когда ещё только увидел, что именно предстоит надеть Айни.
— Я хочу показать им принцессу во всей красе, — ответил Варкалис. — Роскошную красавицу, которую они отдали мне в жёны. Пусть вернутся к своему королю и расскажут ему, что у Айни всё хорошо, пусть заверят, что дочь его в надёжных руках, что договоры соблюдаются, торговля и мир между нашими государствами по прежнему сильны. Только лишь украсив свою женщину, я смогу вселить в них эту уверенность, не произнеся ни слова.
Тсан, частично убеждённый, но всё равно неодобрительно смотревший, как неловко Айни двигается, стараясь держать равновесие, ощущал странное недоброе предчувствие. Должно быть, его вселяла дополнительная беззащитность Айни в этой непривычной обуви, его богатые украшения и вычурность наряда. Айни сразу же превратился в принцессу, недостижимую и отстранённую, и от этого сердце Тсана заныло. Заныло оттого, что он понял неприятную правду. Судьба Айни и Варкалиса — быть на виду, а его — вечно стоять в тени.
Угнетаемый подобными мыслями, он вслед за королевской четой вошёл в малый зал для аудиенций. Королева Лисс, её брат, для разнообразия, кажется, трезвый в это утро, министр внешней торговли, министр иностранных дел и главный законник уже были здесь и вели разговор с чиновниками из посольства. Тсан сразу узнал знакомые одежды и родной говор. И не увидел ни одного знакомого человека. Неужели посольство составили из людей, не знакомых с Айни лично? Это было странно, но не невозможно. Если им предоставят верительные грамоты и письма королевских советников, странность сразу разрешится, — сказал Тсан себе. Он пробежался взглядом по лицам, отмечая напряжённость и хмурые выражения недоверия и осторожности. Эти люди не верили королеве Лисс, изо всех сил старавшейся уверить их в своей лояльности, эти люди ждали именно Айни, дочь их короля. Когда распахнулась дверь, и Варкалис ввёл Айни в залу, их встретили пять пар глаз, и в них Тсан прочёл разной степени ожидание и облегчение.
— Это она. Это действительно принцесса, — расслышал он шепотки.
Дядюшка Варкалиса выглядел очень довольным, будто это он сам ввёл Айни под руку в помещение.
У дальней стены Тсан заметил странного человека с чёрными глазами, смуглого и худого до сухости. Кого-то он ему напомнил, но кого — он не мог сказать. Судя по манере держаться, человек был научен обращаться с оружием. Тсана учили вычислять таких людей в первую очередь и считать их самыми вероятными противниками в схватке. Конечно, вряд ли среди королевских послов мог затесаться профессиональный убийца, но Тсан решил ничего не сбрасывать со счетов.
— Ваше высочество, — обратился к Айни глава делегации, седобородый, но ещё вполне достаточно крепкий старик, облачённый в нарядные одежды, — меня зовут Косн Седек, я глава нашего посольства. Король шлёт вам свою любовь и очень волнуется о вашем благополучии. Если возможно, то расскажите мне, как ваши дела, как принимают вас в этой дружественной, но всё-таки чужой стране. Здоровы ли вы, не притесняют ли вас, не угнетают ли. Уверяю, любые проблемы и чаяния вы можете поведать мне, а я передам их вашему отцу. Можете ничего не бояться и сообщить нам чистую правду, наше посольство ультимативное. Если не вернётся никто из нас, ваш отец выдвинет в путь войска.
— Я… не понимаю, — проговорил Айни, судорожно схватившись за руку Варкалиса. — У меня всё хорошо. Всё отлично. Разве не получил мой отец сообщений о состоявшейся свадьбе? Разве не знал, что мы с телохранителем добрались до столицы и благополучно были приняты во дворце?
— Сообщение между нашими государствами сейчас прервано, — ответил глава посольства Косн Седек. — Караваны грабят отряды разбойников, птиц, по большей части, отлавливают ручными ястребами, мы — четвёртое отправленное посольство. Остальные три попросту не добрались до дворца. Всё это я узнал, уже находясь здесь. Мы рассчитывали, что встретим тут больше наших соплеменников, но… — он развёл руками, а Айни удручённо подтвердил:
— Вы первые, кто прибыл из дома за всё это время.
— Ну что ж, прискорбно…
— Спешу вас заверить, что мы разберёмся с разбойниками в течение месяца! — воинственно произнёс дядюшка Варкалиса, задрав нос.
На его выпад никто не ответил, а Косн Седек только развернулся и медленно поклонился. Потом обратился снова к Айни.
— У меня есть для вас послание вашего отца и кое-что ещё. Сперва — послание.
