Влетев во двор, Ратислав быстро окинул взглядом все там происходящее. На обширном княжьем дворе оказалось не менее двух сотен татар. Конных и пеших. Кто-то из них уже ломал запертую дверь парадного крыльца терема. Кто-то, разбив дорогое стекло, лез в высокие окна. Ратьша издал вопль ярости пополам с отчаянием и пришпорил Буяна, направляя его в сторону крыльца. Оба его меченоши чуть поотстали. Жеребец сбил с ног с полдесятка пеших татар, жаждущих пробраться в княжеский терем и забывших об опасности, могущей прийти со спины. Потом распластал до седла монгольского легкоконного воина, пытающегося пробиться на своей низкорослой лошадке сквозь толпу пешцов. Дальше давил, рубил татарскую пехоту уже вместе с подоспевшими меченошами и полутора десятками своих уцелевших всадников.
Но татары быстро опамятовались, развернулись к нежданной опасности лицом и дали отпор. Два десятка рязанских воев просто увязли в этом живом море. Буян под Ратиславом остановился и жалобно заржал — видно и сквозь защищающий его доспех, сумели достать враги до тела. Да и устал жеребец — силы его тоже не беспредельны.
А татары уже сбили с петель двери парадного крыльца и полезли внутрь терема. Ратислав и Годеня с Первушей снова встали в плотный треугольник с воеводой на острие. Им удалось продвинуться еще немного, но тут им навстречу ударили десятка три татарских всадников. Тех самых с медными щитами и шлемами. Завязалась конная рубка. И хоть вооружение врагов полегче, чем у рязанцев, но кони их оказались свежее, да и больше их, клятых!. Бой пошел на равных.
Продолжалось это, к счастью, не долго. Через распахнутые ворота подоспела подмога. Не мужики — хорошо одоспешенные пешцы и немного конных, тоже в панцирях. Откуда? На площади таковых он Ратислав не видал. Ну да ладно — потом ясно будет, а пока поболее полусотни прибывшей подмоги начали яро теснить ворвавшихся в княжеский двор татар. Те даже прекратили ломать двери, все оборотились лицом к русским. Но кое-кто, Ратьша видел, успели забраться внутрь терема.
Стиснув зубы, он понукал Буяна идти вперед, сам всем своим существом рвался к терему, словно помогая в этом уставшему жеребцу. И тот не подвел. Словно вторая жила родилась в коне — пошел он дальше, ударами передних копыт, сокрушая пеших татар, подминая их под себя, рвя зубами незащищенные шеи татарских коней, толкая их грудью… Ратислав помогал сверху с седла, разрубая легкие шлемы пешцов, сбивая с седел всадников, пластая их мечом.
Но опять встал Буян. Сплотились татары, чуя смертную угрозу, бьются зло: не за добычу уже бой идет — за жизнь. Колышется людская давка в княжьем дворе — то рязанцы потеснят врагов к терему, то татары русских к воротам двора. Рубится Ратислав, а сам нет-нет, да глянет на оконце Евправксиевых покоев, помнит, что сколько-то татар пролезло-таки в терем. Холодит сердце от страха за любимую, еще злее его удары, еще смертоноснее. Но устали его соратники, устали их кони, подается назад и подмога, под напором татар, все дальше от крыльца они теснят рязанцев. Вот уж видно с седла — пустое пространство появилось между спинами татар и княжьим теремом.
И вот тут… Ратьша в очередной раз глянул на заветное оконце, скользнул взглядом повыше, словно кто-то подсказал ему сделать это, и сердце его замерло. Прямо к княжьему терему была пристроена придомовая церковь. Невеликая размерами, но с высоченной колокольней саженей в пятнадцать. Хорошо с нее видно было весь город, словно на ладони. Любили Ратислав с Федором по малолетству взбираться на верхотуру, обозревать сам город и местность окрест. И вот там, в проеме звонницы Ратислав увидел маленькую фигурку, простоволосую, в домашнем сарафане, сжимающую какой-то сверток в руках.
Младенец! Понял Ратьша. А фигурка — Евпраксия! Рука с мечом опустилась, а глаза словно прикипели к звоннице. Тут же он получил удар по шлему от противостоящего ему татарина на коне. К счастью, удар упал вскользь, даже не оглушил. Первуша и Годеня, поняв, что с боярином что-то неладное, подались вперед, закрывая его своими конями и собственными телами. А Ратислав не мог оторвать взгляда от маленькой фигурки в проеме звонницы.
