В нише другой стены находилась прекрасная греческая ваза с двумя вычурными ручками, крышкой и носиком с краном, которую привезли крестоносцы из разграбленного Константинополя. В ней провизор держал бодрящий напиток, который предлагал всем посетителям аптеки.
Попробовав его один раз, клиенты непременно хотели повторить опыт, так как напиток не просто бодрил, а вызывал эйфорию и радостное настроение даже у больных. Поэтому в аптеке семейства Гатари всегда было людно; но только не в праздничные дни.
Пространство на двух остальных стенах было сплошь занято вычурными деревянными шкафами и полками с лекарственными препаратами, большая часть которых была заключена в фарфоровые расписные сосуды разных форм и размеров. В одном из углов стояли оплетенные лозой большие бутыли, несколько вместительных бутылок квадратной формы из зеленого стекла, а также бронзовая ступка с пестом.
Они больше предназначались для соответствующего солидной аптеке антуража. Изготовление лекарств и их расфасовка производились в скрытом от глаз посетителей аптеки помещении – лаборатории. Она всегда была закрыта на замок, потому что в ней хранились не только толстенные манускрипты с рецептами многовековой давности, но и составные части лекарств. Некоторые из них ценились на вес золота, так как были очень редкими и соответственно дорогими.
Кроме того, в лаборатории стояли перегонный куб, водяная баня и прочие алхимические приборы и механизмы, непременные атрибуты аптекарского дела. А еще на окнах дома произрастали настоящие аптекарские садики с целебными растениями.
Сам провизор появлялся в аптеке редко, он больше торчал в лаборатории. А за резным с позолотой барьером, изготовленным из ценных пород дерева, обычно сидел Бартоломео. Или Андреа в его отсутствие. Но когда брат был на месте, стюард помогал отцу, который обучал юного сына премудростям аптекарского дела.
Обычно врачи ставили диагноз больному, основываясь на данных осмотра и исследовании мочи и пульса. Главными методами лечения считалось кровопускание и очищение желудка. Однако отец Андреа считал такие методы проявлением медицинской безграмотности и нежелания использовать опыт древних целителей. Он с успехом применял лечение с помощью металлов, минералов, а главное – лекарственных трав.
Галеаццо заставил Андреа выучить назубок трактат Одо из Мена «О свойствах трав», который был составлен три столетия назад, где упоминалось более сотни целебных растений, среди которых полынь, крапива, чеснок, можжевельник, мята, чистотел и другие. Из трав и минералов, при тщательном соблюдении пропорций, Галеаццо составлял свои чудодейственные лекарства. При этом количество составных частей, входящих в то или иное снадобье, иногда доходило до нескольких десятков. Отец считал, что чем больше целебных средств использовалось, тем действеннее лекарство.
Андреа готовился стать не просто аптекарем, а провизором. Это было очень нелегко. Медицинское понятие слова «провизор» произошло от латинского «provisor» – предвидящий, предчувствующий, предугадывающий. Это говорило о важной роли провизора в лечения больных.
Врач обычно ставил диагноз, а провизор должен был предвидеть направление болезни и при помощи лекарств корректировать ее течение и дальнейшее развитие до полного излечения пациента. Поэтому знания у провизора должны быть большими и всеобъемлющими. Кроме умения составлять лекарства, провизору необходимо было знать почти все то, что знал дипломированный лекарь.
А еще Галеаццо Гатари учил сына хирургии. Потребность в хирургах была очень велика из-за многочисленных войн, ибо никто другой не занимался лечением ранений, переломов, ушибов и ампутацией конечностей. Многие врачи избегали делать даже кровопускания, а бакалавры медицины давали обещания, что не будут производить хирургические операции.
Тем не менее правовое положение хирургов оставалось незавидным. В Венеции они образовали отдельную корпорацию, стоявшую значительно ниже, чем группа ученых докторов.
Среди хирургов было много странствующих врачей, в особенности зубодеров. Они разъезжали по ярмаркам и проводили операции прямо на площадях, оставляя затем больных на попечение родственников. Такие хирурги излечивали кожные болезни, наружные повреждения и опухоли. В общем, они были на положении знахарей.
Только во Франции в 1260 году была основана Коллегия Святого Косьмы, и образовалось замкнутое сословие хирургов. Вступить в Коллегию было трудно, но почетно. Для этого хирург должен был знать латинский язык, прослушать в университете курс философии и медицины, два года заниматься хирургией и получить степень магистра. Такие хирурги высшего ранга, получавшие такое же солидное образование, как и ученые врачи, имели определенные привилегии и пользовались большим уважением.
К коллегии медиков примыкали банщики и цирюльники, которые могли поставить банки, пустить кровь, вправить вывихи и переломы, обработать рану. Там, где недоставало врачей, на цирюльниках лежала обязанность наблюдения за публичными домами, за изоляцией прокаженных и лечением чумных больных.
